Книга Шрам на кости, страница 18 – Софи Джордан

Уши словно заложило ватой, и слова окружающих становились все менее отчетливыми, их лица искажались, расплываясь перед глазами. В отличие от всех остальных, я не чувствовала ни спокойствия, ни облегчения.

И Вэтр, несмотря на собственные страдания, отчетливо видел мою боль.

— Прости, я не смог его спасти, – прошептал он, глядя на мою сжатую в кулак руку. – Он погиб. Ты ощущаешь лишь отголосок вашей связи.

— Отголосок… – нахмурилась я, переваривая его слова.

Это был один из многих уроков, которые мне предстояло усвоить за время жизни в драконьей стае.

Тогда – как и сейчас – я чувствовала только отголосок Фелла. Не настоящую душу, а лишь оставшийся во мне слепок. Призрак, хоть и очень реальный.

Я изо всех сил пыталась принять эту неутешительную правду.

И по мере того как дни складывались в недели, недели – в месяцы, а месяцы – в год, тонкая нить надежды на то, что Вэтр ошибся, за которую я цеплялась, постепенно слабела и рвалась, пока не исчезла совсем.

Фелл не мог выжить. Прошло слишком много времени. Теперь я это понимала.

Я опустила тряпку в таз с водой, стоявший на умывальнике, и осторожно провела ею по одной стороне лица. В висевшем над раковиной зеркале отражалась девушка, которую я теперь узнавала с трудом. Даже не девушка – женщина. Почти незнакомка. Я поморщилась, с трудом осознавая, кем стала: не девушка, не женщина, даже не человек.

Я скользнула взглядом по нанесенным Нэйденом повреждениям, бесстрастно изучая обожженную плоть. Для меня огонь был менее опасен, чем для людей или прочих драконов, хотя, конечно, сильное пламя и мне нанесло бы приличный урон. Тем не менее я, как огнедышащая, обладала большей сопротивляемостью к огню, и простое соприкосновение с пламенем не могло меня ранить. Для этого потребовалось бы длительное воздействие.

Я повернула голову, вглядываясь в кожу на виске. Уже заживает. Обожженная плоть исчезла, сменившись новой розоватой кожей, вполне здоровой на вид, естественного для меня цвета. Естественного? Я поморщилась. И мысленно поправила себя: естественного для человеческой ипостаси.

Признаться, я уже не понимала, что в этом мире можно считать естественным, а слово «нормальный» вообще старалась не употреблять, поскольку оно казалось… неправильным. «Естественный», «нормальный»… Эти слова лишь создавали ограничения, поощряя неуверенность и отвращение к себе.

Я прошла вглубь комнаты, скинула обувь и грязную одежду, оставшись в одной нижней тунике, и принялась ополаскивать в тазике шею, руки, грудь, ноги, по мере возможности смывая дневную грязь. Для желающих принять полноценную ванну поблизости находился горячий источник. Купание в нем успокаивало мышцы после тяжелого дня тренировок, вот только народу там обычно толпилось многовато.

Расслабленно прижав прохладный кусок ткани к горлу, я окинула взглядом украшенную драгоценными камнями стену. Все их узоры уже отчетливо запечатлелись в памяти, но это не мешало мне разглядывать каждый яркий камешек, тщетно ища среди них черный опал – вроде того, который Фелл носил на шее.

Все время, проведенное среди драконов, я постоянно разглядывала драгоценные камни, которые попадались мне на глаза, не только в своей комнате, но и в местах общего пользования, желая найти хотя бы один похожий. Конечно, камни были и в комнатах, где спали остальные, но никто не приглашал меня в свои жилища – за прошедший год я ни с кем не сблизилась настолько, чтобы ходить в гости.