Книга Шрам на кости, страница 4 – Софи Джордан

Ашильд встопорщила обсидианово-острые шипы вокруг морды, готовясь биться, защищаться, противостоять неминуемой угрозе.

Это ее последняя битва… конец.

И вот воины столпились у входа в логово. Дюжина смердящих мужиков, сжимая оружие в потных кулаках, пронзали острыми, будто ножи, взглядами ее саму и ее логово с лежащими в нем сокровищами. Все до одного – алчные, кровожадные твари.

И они еще считали монстрами драконов! Люди – вот кто истинные монстры – истребляли ее сородичей, намереваясь стереть все драконье племя с лица земли. И даже считали, что им это удалось. Только поэтому драконы, которые сумели выжить, до сих пор оставались в безопасности. Эта же уверенность последние несколько лет оберегала ее саму.

Люди, довольные своей победой, раздулись от гордости, как насытившиеся кровью клещи, и перестали их искать, а в Скалогорье осмеливались подыматься только ради охоты за сокровищами, реликвиями, оставшимися от сгинувших драконов. Этим просто повезло, что она попалась им на глаза.

А ей, напротив, – не повезло.

Холод горькой волной прокатился по телу. Открыв пасть, Ашильд издала рев, от которого содрогнулась гора, предупреждая всех драконов в пределах досягаемости, что один из их вида попал в беду. Впрочем, ей они все равно не помогли бы – просто не захотели бы. Но даже если бы кто-то из них оказался достаточно близко и решил проверить, что к чему, он не сумел бы добраться до нее вовремя.

Мальчик захныкал, сжавшись в дрожащий комочек у ее ног. Никогда прежде он не видел мать такой, не слышал ее рева, вылетающего из полной зубов пасти.

Впереди группы воинов стоял мужчина, на вид старше прочих, со множеством седых нитей в каштановой бороде. Довольно крупный для человека, грудь что бочонок, ноги – как стволы деревьев. Остальные недвижимо застыли позади него, явно потрясенные встречей с Ашильд.

Седобородый, однако, не выказывал ни удивления, ни тревоги. Он скорее казался… довольным, как будто только что наткнулся на сокровище, на чудесную шахту, запрятанную в недрах Скалогорья, полную драгоценных камней. Наверное, в каком-то смысле так оно и было. За спиной Ашильд лежали груды драгоценностей, которые на протяжении многих поколений принадлежали ее семье. Однако воина явно интересовали не только они. С блеском в глазах он взирал на саму Ашильд, несомненно видя в ней трофей. Еще бы – живой дракон, которого здесь быть не должно, один из тех, от кого остались лишь смутные воспоминания, легенды, передаваемые шепотом истории, которые уже никто не воспринимал всерьез.

— Хорошо, что я еще ношу это, – прорычал он, сжимая толстыми ручищами рукоять боевого топора, и рассек костяным лезвием воздух, будто проверял его на прочность.

Уже давно Ашильд не видела оружия, вырезанного из драконьей кости, – со времен Великого побоища, последней битвы эпохи Истребления драконов, в которой пало множество ее сородичей: отец, мать, бабушка с дедом, почти все члены ее стаи. Им с Сигурдом удалось спастись вместе с небольшой группой выживших. После они прятались, избегая людей с их ненасытными волками… позволяя тем думать, что драконы исчезли. Вымерли. Стерты с лица земли. Они укрылись в самом сердце Скалогорья, притушили свою магию, создавая у людей иллюзию победы.

Воин опустил взгляд, и при виде ребенка, съежившегося у ее ног, лицо его на долю секунды смягчилось. Само собой, он, как и все, принял ее сына за обычного мальчика, не заметил его истинной сути, не понял, что перед ним дракон, такой же, как и Ашильд.