Книга На дне озерном, страница 78 – Александра Косталь

— Он жив. Просто немного ослеп.

Тоня вытаращила на него глаза.

— Зачем?

— Чтобы крушить было тяжелее.

Ворон приземлился на ближайший штырь и принялся чистить перья, как ни в чём не бывало.

— Ты знаешь, как он вырвался из погреба? – осторожно спросила Тоня, всё ещё не веря, что общается с птицей.

К мыслям о постоянном голоде и собственном небьющемся сердце она уже успела привыкнуть, а вот такие беседы были для неё в новинку.

Ворон втянул голову в плечи и выпрямился, имитируя пожимание плечами.

— Хозяйка дала ему своих головастиков. Они прогрызли замок, а потом и одну из ножек. Я решил, что не стоит упускать такой шанс. Теперь придётся отлавливать их по всему дому.

— Может, домовый дух сам справится?

Ворон каркнул – такого страшного смеха она ещё не слышала.

— Какие же вы все бестолковые, – проворчал он, цитируя Хозяйку – та всегда так говорила сёстрам, даже если оставалась довольна результатом.

Тоня подняла брови в удивлённом жесте, но сразу же хлопнула себя по лбу.

— Это… Это ты и есть дух?

— Нет, почтальон Печкин, – проскрипел он.

Внутри неё всё ликовало – выходит, не соврали сёстры про защиту, про дом, неприступный для Хозяйки. Вот только…

— Почему же ты не явился, когда Даша тебя вызывала? Почему не помог нам, когда Матвей только вломился в дом?

— Не нужно забываться! – каркнул ворон, в агрессии даже поднимая крылья. – Я не собака-поводырь, а вольный дух. У меня своих дел полно. К тому же я бился в окно, но никто не открывал. Думал, вы решили своими силами, и улетел.

— Ты бы очень нам помог, – раздосадовано вздохнула Тоня.

— Конечно! Вы же сами никогда не справитесь!

Она ещё раз заглянула в окно, но Матвей лежал неподвижно на том же месте. Прежде чем перелезть через подоконник, Тоня стряхнула с волос и плеч налетевший снег, образовавший небольшие сугробы. Ворон залетел следом. Икона отправилась на место, а свечу она зажгла, не забыв закрыть окно.

— Когда он очнётся?

— Скоро, – пообещал её спутник, приземлившись на мягкую обивку кресла острыми когтями.

Тоня присела рядом с Матвеем, осторожно хлопая по карманам. В джинсах она нашла спичечный коробок, который даже рискнула открыть – но сразу же задвинула, увидев несколько ползающих мальков. Там же отыскалась зажигалка и острый – она даже поранилась, когда нащупала его – осколок зеркала.

Увидев его, ворон поднялся в воздух, гулко хлопая крыльями, и начал каркать. Тоня поспешила отвернуться, чтобы лучше его рассмотреть, но он приземлился ей на плечо, крыльями заставляя отбросить осколок.

— Что ты делаешь? – воскликнула она, уворачиваясь, но тот всё же выпал из рук.

— Кто ж в битое зеркало смотрится, дурёха?!

— Ладно-ладно! Только что оно делает у Матвея?

Ворон опустился на пол, сам нагло вглядываясь в отражение. Тоня хмыкнула, уже готовая выдать возмущённую тираду, как тот оборвал её одним движением клюва.

— Непростое зеркало, колдовское, может, даже из озёрной воды сотканное.

— Оно принадлежит Хозяйке? – как ни пыталась сдержаться, а голос всё равно дрогнул.

— Думаю, именно она дала его твоему жениху. Не за тобой он сюда явился, ох, не за тобой.

— А за кем?

Ответить он не успел – Матвей закряхтел, просыпаясь. Тоня вскочила на ноги, за одну секунду забираясь на спинку кресла. Она была уверена: если бы вороны умели цокать языком, именно так чудо-птица и поступила бы.