Книга Источник для захватчика, страница 12 – Маша Малиновская

Стоял он широко расставив ноги, уверенно и свободно, ощущая себя полноправным хозяином этой комнаты, этого дома, всей планеты. Хозяином меня.

А ещё он был довольно молод, как для представителя военной верхушки.

— Мисс Роуд, как ваше самочувствие? — повторил свой вопрос командор.

Я словно приросла к кровати, продолжая крепко сжимать свои колени. Взгляд этого существа не сулил ничего хорошего, если я вдруг стану ему перечить. Однако, мне терять уже было нечего.

— Несколько часов жуткой огненной агонии и пол литра откачанной крови вряд ли способствуют бодрости и хорошему аппетиту.

Я и сама оторопела от собственной дерзости, но это и в сравнение не шло с выражением лица Иввы, всё ещё продолжавшей стоять у двери. А брови командора в удивлении взлетели вверх.

— Я думал, ваши любимые цветы немного скрасят неприятный осадок от нашей первой встречи.

Неприятный осадок? Он серьёзно?

Внутри меня начал закипать гнев. Я почувствовала, как мои щёки стали наливаться румянцем негодования. Ивва предостерегающе смотрела на меня, а я уже вот-вот готова была взорваться потоком возмущения, несмотря на свой жуткий страх перед захватчиком, хозяином, который может сделать со мной всё, что пожелает.

— Мне говорили, что ваша адаптация прошла не совсем гладко, — снова заговорил командор, — так что я дам вам ещё времени прийти в себя. И ещё раз хочу поблагодарить вас за вашу жертву, вы очень ценны для меня.

Командор учтиво кивнул мне, развернулся и вышел из комнаты, а слова возмущения так и застряли у меня в горле.

— Двери запирать больше не нужно, — сказал мужчина управляющей уже на выходе и удалился.

14

Когда дверь за пришельцем закрылась, я расслабилась и выдохнула, только сейчас осознав, в каком напряжении была. Лицо Иввы покраснело, а её глаза метали молнии.

— Твоя дерзость непростительна! — доброй милой тётушки как не бывало. — Лили! Как ты могла, как только посмела так разговаривать с хозяином?

Мне её слепое поклонение и обожествление было непонятным и уже начинало сильно раздражать.

— А как ты можешь боготворить захватчика, превратившего твой народ в рабов? — я в ярости, прежде мне не свойственной, вскочила с кровати.

— Мой народ? — губы женщины искривились. — Народ, осудивший моего деда за убийство, которого он не совершал, и поджаривший его на электрическом стуле? Народ, оставивший бабушку с пятью детьми на улице, конфисковав всё имущество? А всё потому, что дед перешёл дорогу какому-то чиновнику?

Волосы у Иввы выбились из причёски, лицо дышало жаром и негодованием.

— Поэтому ты прислуживаешь палачам человечества? Потому что больше полувека назад твоего деда несправедливо осудили?

Ивва замолчала и закрыла глаза, было видно, что она пытается совладать с собой.

— Лили, — снова заговорила она ровным голосом, — я не желаю тебе зла, наоборот, пытаюсь помочь выжить в этом мире. Но взамен я прошу принять мой выбор. И лучше тебе сделать также, поверь.

После этого управляющая вышла из комнаты, неплотно прикрыв за собой дверь и оставив меня в растрёпанных чувствах.

Я снова села на постель и закрыла лицо руками. Моя жизнь и до этого не была простой, а теперь я и вовсе запуталась, заблудилась в собственных страданиях и жалости к себе. Хотелось плакать, спрятавшись под одеялом. Так я и сделала, перед этим выбросив в урну ставшие ненавистными розовые пионы.