Книга Мой сводный хулиган, страница 48 – Маша Малиновская

Но меня так обидело это его замечание про Эдика! Будто я… Ох.

Самолюбие взыграло, и вот теперь я стояла совершенно одна почти в двенадцать ночи, продрогнувшая под дождём и стучащая зубами от страха. Ещё и босиком. Выскочила на эмоциях из дома Пети, даже балетки свои не захватила.

Стыдно стало перед самой собой, что уже было говорить за Артура. И он не придёт за мной, он явно не из тех, кто будет бегать и уговаривать. Один раз уже спас меня, даже со своими товарищами в конфликт вступил, второй раз не станет.

Вместе с холодными каплями дождя по моим щекам потекли горячие слёзы. Я вытерла их такими же мокрыми ладонями, попыталась включить мозги и осмотрелась, чтобы понять, в какую сторону нужно идти, чтобы вернуться обратно к дому Пети. Но проблема состояла в том, что я запуталась.

Показалось, что пришла вот по той дорожке, справа от дерева, но… тут было три дерева. Картинка смазалась. Эмоции и дождь будто размыли её. Мне было сложно сосредоточиться от страха и паники, вспыхнувших от осознания того, что я попросту потерялась. Заблудилась не пойми где ночью. Вдобавок ко всему, осталась и без телефона, кажется, выронила его, когда толкнула Артура.

— О Боже, – я присела на корточки, закрыла лицо руками и заплакала.

Не знаю, сколько времени я лила слёзы, но рано или поздно они закончились. Дождь тоже почти закончился, зато появился холодный пронизывающий ветер. Стоять на одном месте под фонарём было и страшно, и просто невыносимо, и я побрела наугад.

Казалось, будто погрузилась в какое-то особое состояние, где на смену панике пришла прострация. Я шла, шлёпая босыми ногами по грязным лужам, и фантазия сама подкидывала страшные удручающие картины: вот мои родители сидят в полицейском участке, мама плачет, а папа бледный и чрезвычайно удручённый. Вот Ритка расклеивает объявление о поиске меня на деревьях и столбах. Вот Артур пожимает плечами, рассказывая Тане, что он сделал всё, что мог. Последняя картинка показалась мне столь неприятной, что я мотнула головой.

Я представляла родных и знакомых, ищущих меня, но с каждым днём теряющих надежду. Потому что давайте будем честны: мало кого можно отыскать в этих местах, особенно одинокую девушку.

О том, что тут может произойти со мной, я думать боялась. Проваливалась в мрачные фантазии и просто брела. Дождь опять усилился. Где-то громко треснула ветка, а у меня от страха с новой силой затряслись поджилки.

Я прошла то ли какой-то неухоженный сквер, то ли заброшенную улицу, где от домов остались только несколько камней и заросшие высоченной травой огороды. Чуть дальше виднелись треугольные крыши, но это оказались гаражи.

Сил не было, босые ноги горели и стыли одновременно. Я увидела наполовину сломанную лавку и присела на самый краешек. Зубы стучали, пальцы немели от холода. Хотя сейчас и лето, дождь и ветер были холодными.

Казалось, мне уже становилось всё равно на то, где я и что со мной будет. Будто впадала в странное состояние отрешённости. Аппатию. Окаменела от страха внутри, тело сковывало. Но вдруг рядом раздался хлопок.

Я подняла голову, на другое будто даже сил не хватило, и увидела на лавке рядом с собой свои белые балетки.

Артур стоял рядом, скрестив руки на груди, и молча смотрел на меня. Я моргнула, всё ещё не уверенная в том, что он не галлюцинация моего перенапряжённого мозга.