Книга Поводок, страница 24 – Анюта Соколова

Мы замолчали. Я представила, как Бастиан замер в своём огромном кожаном кресле — худощавый, изящный, совсем юный с виду — и прижимает трубку к уху. На рабочем столе — привычный ворох документов: доклады, сводки, отчёты; слева стоит любимая фарфоровая кружка с кофе, которую я подарила на прошлый, тридцать шестой день рождения, звонко отщёлкивают время старинные ходики на стене…

— Пожалуйста, Дени. Постарайся не влезать во всякие авантюры.

Он первым нажал отбой. Повесив трубку на рычаг, я пошла к выходу и чуть не сбила с ног Лауру.

— Это становится неприятной традицией, — усмехнулась я. — Подслушивала?

— А если и так? — она ухмыльнулась. — Зато теперь я точно знаю, что Бастиан Фрост — твой любовник.

— А если и так? — я хищно улыбнулась. — Ты не вампир, Лаура, у тебя нет их привилегий. Не боишься хамить любовнице всемогущего Фроста?

— Но ты же не побежишь жаловаться, раз сама отказалась от его поддержки, — неуверенно сказала она.

— Кроме меня, в Департаменте Чесвора сотни сотрудников. Откуда я знаю, кому из них поручено за мной присматривать?

Лаура на секунду задумалась:

— Давай договоримся. Я молчу про твои отношения с Фростом, ты не тянешь руки к Хэлу.

— О моих отношениях с главой Департамента не знает только бронзовый памятник перед главным входом, и то не факт, — я не выдержала и засмеялась. — А твой Гриер нужен мне как рыбе зонтик. Что ты здесь делала так поздно, кроме того, что подслушивала?

— Ужинала, — Лаура повела плечом. — Ждала Хэла. Он не появился.

— Пойдём, он наверняка дома, — предложила я.

Снег всё так же неторопливо падал, словно где-то наверху распотрошили большую подушку. Уютно светилась вывеска булочной в соседнем здании, вкусно пахло свежей сдобой. Лаура настороженно поглядывала на меня и с завистью — на шубку.

— На дурочку ты не похожа, — заговорила она, когда мы перешли проспект. — Но зачем-то сбежала от высокопоставленного столичного любовника в приграничную дыру. Решила проучить Фроста за то, что он не торопился на тебе жениться?

— Вариант, что мне действительно важно добиться всего самой, ты не рассматриваешь?

— Но это же глупо, — резонно заметила Лаура. — Девушке следует пробиваться только в том случае, когда её некому обеспечить.

— Тогда ты сама себе противоречишь, — возразила я. — Увиваешься не за высоким начальством, а за рядовым вампиром.

— Хэл не рядовой, — Лаура насупилась. — Он обязательно сделает карьеру, просто пока это его не особо волнует.

— Позволь с тобой не согласиться, — я остановилась под фонарём. — Фрост был вынужден пойти работать в Департамент в восемнадцать лет. Параллельно он доучился в военном училище, получил диплом, в двадцать четыре года стал начальником отдела, закончил юридическую академию, поднялся до руководителя направления, затем занял должность заместителя главы Департамента и в тридцать пять лет был назначен главой. Это — карьера. Конечно, два дня — слишком маленький срок, чтобы судить, но я не заметила в Хэлгаре Гриере подобного рвения.

Лаура подняла голову: снег красиво искрился в её волосах.

— Я всё равно его люблю. Ты его не знаешь, Дениза. Это с тобой он грубый, но он бывает и другой. Нежный, ласковый… Ну почему у меня такой низкий индекс! — в её голосе звучало искреннее отчаяние.

Мне стало жаль Лауру, но утешить её было нечем. Индекс Гроу — врождённый показатель. Он ни на что не влияет и не даёт никаких преимуществ, не зависит от возраста и физического здоровья, его не увеличить тренировками и не уменьшить, сколько ни старайся. Индекс замеряют всем детям ещё в школе и тем, у кого он выше семидесяти, объясняют, что они могут стать донорами вампира. Никто не давит на человека, он сам решает — хочет он этого или не хочет. Я не думала о своей уникальности до тех пор, пока Бастиану не потребовался сильный донор.