Книга Город веселья и злобы, страница 112 – Алексис Л. Менард

— Роза Бьянки – ее мать, – ответил он. – Она умерла несколько лет назад. Почему это так важно?

— Потому что они прибыли с Континента.

Сол оторвался от своих записей и отложил ручку.

— С Континента? Но как?..

— Им повезло обойти самые сильные шторма и наткнуться на остров, где находится тюрьма, перепутав его с большой землей. Наверное, им просто ужасно хотелось сойти на берег. Бабушка говорила, как долго они плыли?

— Пару недель, но корабли тогда были совсем не такие быстроходные, как сейчас. Сложно сказать.

Я кивнул, запомнив его слова на будущее. Мы оба молчали, и я поднялся с кресла.

— А теперь что касается Регулуса…

Его слова заставили меня сесть обратно.

— Что насчет него?

— Надеюсь, ты не собираешься внедряться к Стражам, чтобы его вытащить. Ты же понимаешь, что он наверняка или уже мертв, или скоро будет.

Я изо всех сил вцепился в подлокотники.

— Нет. Я не планировал его вытаскивать.

Он посмотрел на меня с явным облегчением и на мгновение прикрыл глаза.

— Я не мог исключить такую возможность, Нико. В этом ты так похож на своего отца. Признаюсь, именно это качество я пытался в тебе искоренить, но безуспешно.

— Почему? – спросил я и уже не смог снова подняться с кресла.

Я много лет хотел узнать ответ на этот вопрос, чувствуя, как его влияние постоянно подавляет мои амбиции.

Соломон облизнул губы и уткнулся взглядом в свои записи, избегая смотреть мне в глаза.

— Перед тем как отправиться на мост той ночью, твой отец сказал мне кое-что странное, и спустя все эти годы я понимаю, что должен был серьезнее отнестись к его словам. Он сказал, что если ты каким-то чудом освободишься из тюрьмы, то уже не останешься тем мальчиком, который покинул дом. Ты вернешься домой с тьмой и жаждой мести в сердце, озлобленным и изломанным. Он умолял меня не допустить, чтобы ты стал таким же, как он.

— Мой отец никогда таким не был даже близко…

— Он не позволял тебе увидеть, как его надломило убийство твоих матери и сестры. А потом он потерял тебя… – Голос Сола сорвался, и он судорожно сглотнул. – И он знал, что потерял тебя из-за своей одержимости прошлым и решения свести счеты, из-за попытки заставить Девятку заплатить за то, что они сделали с его семьей. У него не осталось надежды для себя, но осталось совсем немного для тебя.

Он наклонился вперед и посмотрел мне в глаза.

— Знаю, ты думаешь, что я все время обращаюсь с тобой даже строже, чем с собственными сыновьями. Но он взял с меня слово, что я позабочусь о тебе, Николаи, и я не подведу своего брата снова. Я подвел его, но не подведу тебя.

Я смягчился:

— Ты никогда нас не подводил, дядя, и тебе не стоит больше беспокоиться обо мне. Я не собираюсь мстить за прошлое. Мое будущее – Камилла, и я сражаюсь за это будущее. Я беспокоюсь лишь о ней.

Он наконец улыбнулся.

— Тогда тебе стоит жениться на ней по всем правилам, Николаи. Без всяких там договоров. Твоя мать очень бы этого хотела.

— Только не приплетай сюда мою мать, дядя. – Я закатил глаза, но улыбнулся в ответ. Мысль о том, как Камилла в длинном платье и с бабушкиным кольцом на пальце стояла бы со мной рядом и мы перед всей семьей произнесли бы клятву вечной любви и верности, наполнила мое сердце радостью и заставила его биться чаще. – Милла заслуживает шикарной церемонии, а я не могу обеспечить ей ничего подобного. По крайней мере, пока мир таков, каков он сейчас.