Книга Медведь и русалка, страница 16 – Салма Кальк

— Ну мы ж договаривались, ты чего, - не понял Медведь, с какого перепугу его бортанули-то.

— Да ничего, просто, ну, дела, срочные-срочные! Всё, люблю, целую, потом позвоню!

Медведь опустил руку с телефоном и выругался – ну вот, коза такая, всё хорошее настроение испортила. И что теперь? Пойти нажраться в хлам?

Тоненькая фигурка бежала по тропинке парка к кафешке, подбежала, поскользнулась на примороженной луже и едва не рухнула на асфальт. Медведь рефлекторно подскочил и подхватил – нечего падать. И потом только посмотрел, кого поймал.

Кого-кого, рыбу он поймал. Ту самую рыбу. Это у него, наверное, такое проклятье – рыбу ловить.

Рыба, надо сказать, была совсем как рыба, ему даже чешуйки на её лице померещились. Или это потому, что уже темнеет? И ещё она была вся зарёванная.

Рыба глубоко вдохнула, расправила плечи… и чешуя исчезла.

— Спасибо, - пробормотала она.

— Пожалуйста, - буркнул он. – Ты чего ревешь? Не сдала?

— Всё я сдала! – встрепенулась она.

— А чего тогда?

— Да так. Личное, - и снова носом хлюпает.

Совсем как обычная девчонка хлюпает. И что с ней такой делать?

— Пошли, - взял её за руку и повёл внутрь.

— Я своим скажу, чтоб не ждали, и пойду.

— Ладно ты, сессию ж обмыть надо, удачи не будет!

— Мне уже нет разницы, всё одно удачи не будет, - прорыдала рыба.

Внутри тут же подскочил Саваж, обнял рыбу, по голове погладил – умеет, да. Но Медведю почему-то стало как-то неприятно – это он рыбу привёл, и не дал ей разбить нос, отбросить хвост и что там она ещё собиралась сделать, а Саваж-то чего?

Мысль не успела оформиться, потому что прибежали три девчонки-первокурсницы. Да, нынче на первый курс боевого факультета поступили три девчонки – Молли, сестрёнка Флинна, Стефа, сестрёнка крутого целителя из госпиталя доктора Луиса и Фантин, сестрёнка Габи с прикладного. Они повисли на Саваже с визгами – мол, поздравляем и всё такое. Рыба осталась не у дел.

Тут уже Медведь взял её за руку и повёл на свободное место за столом. Если его жестоко обломили – то не один ли хрен, с кем напиваться? Да хоть бы и с рыбой.

Финнея злилась, но ничего не могла с собой поделать – слёзы капали и капали. Хорошо, только капали, но и так влажность воздуха скоро зашкалит, наверное. И замёрзнет, потому что холодно. А ещё она поскользнулась и едва не завалилась, и пока падала, уже начала трансформироваться – вот позорище-то, отрастить хвост посреди людной улицы! Ну хорошо, посреди академического парка, на пороге кафешки. И если бы не этот тупень безмозглый, который её поймал и не дал ничего разбить, так бы и лежала на льду с хвостом. Это дальняя кузина Айси умеет со льдом, она живёт далеко на севере. А Финнея не умеет.

Трансформацию удалось сдержать и не опозориться, но сил это отняло немало. И на то, чтобы сдерживать слёзы, ничего не осталось. Эх, отец-отец, зачем же ты так?

Ещё недавно, до того, как она уехала учиться в Академию, её бы не огорчило решение отца. Да и год назад не огорчило бы. Что изменилось?

Да она бы вообще не задавала никаких вопросов, ни ему, ни себе. То-то он удивился, когда послушная старшая дочь вдруг взялась спрашивать! И порадовался, наверное, что говорил с ней один, что не было рядом младших – ещё, чего доброго, тоже возьмутся задавать вопросы! Тогда как должны просто слушаться, потому что они – младшие.