Книга Медведь и русалка, страница 43 – Салма Кальк

— Понимаешь, это платье сложно носить не в воде. Оно высыхает и начинает давить, мешать дышать и натирать кожу, это больно и очень неудобно. Мне сказали – двенадцать часов, но на самом деле вышло меньше. Просто, наверное, никто не носит такие платья на суше так долго, вот и не знают. Оно… оно не из обычной ткани, оно из водорослей.

Глаза так и раскрылись на максимум.

— Из водорослей? – не поверил он. – Тьфу, холера. А выглядело, как настоящее. И чего ты молчала? Сказала бы, что ли!

— Не хотела уходить, - вздохнула Финнея, и добавила: - А ещё не хотела грузить тебя своими проблемами. Проблемами рыбы. Ну что бы ты сделал?

— Да пошёл бы к тому же профессору де ла Мотту, и попросил открыть портал, сказал бы, что тебя нужно спасать. Мы бы пошли сюда, и ты бы нашла другое платье, у тебя ж есть, правда? Нормальное, из ткани. И вернулись бы на такси, да и всё. И никакой вот этой всей херни. И ты цела, и всё хорошо.

Финнея вздохнула – она бы не додумалась.

— Я не подумала, - надо честно сказать, да? – Я, бывает, туплю.

— Да ладно, не парься. Мы уже тут. Если бы мне одежда дышать не давала, я б тоже тупил. Я надеюсь, ничего страшного не случилось.

— Только, наверное, нужно дать кому-нибудь знать, что всё в порядке? – спросила она.

— Точно, тут ты права, сейчас, - он выбрался из-под одеяла, нашёл зеркало, вызвал Жанно Саважа и сказал, что Финнея в порядке, и попросил передать всем остальным, и нашим, и его старшим родственникам, и де ла Моттам.

А потом он снова обнял её, и это было восхитительно – тепло и уютно. Она погладила его щёку – тихонечко.

— Спасибо, - сказала тихо.

— Да спи уже, рыба, - усмехнулся он так же тихо.

И поцеловал её, где дотянулся. За ухом.

* * *

Ну что она, думает – он совсем дурак? Не помог бы ей? Да ладно, даже если бы у него от неё мурашки по всем местам не бежали, боевиков первым делом учат отслеживать, где нужна помощь, и реагировать немедленно. И у него с реакцией вроде всё нормально. И с ней… в итоге тоже всё нормально, и можно, наконец, выдохнуть и спать.

Каникулы пролетели, как в каком-то угаре. Медведь потом и сказать-то не мог, сколько было дней, и что они в те дни делали. Праздновали Новый год – у Анны де Котель и Шеню, в доме их родителей. Ходили гулять по городу, катались на коньках на площади у Королевского музея, грелись в кафешках, ездили в аквапарк и бесились там. И каждый день заканчивался одинаково – в комнате на третьем этаже Зверинца, в постели Финнеи. И что они там творили… да что только не творили, Медведь и не думал, что так вообще можно. А оказалось – вполне.

Дома он, конечно, появлялся, но – ненадолго, главным образом переодеться. Ещё показаться, заверить, что с ним всё в порядке. А с ним не просто в порядке, с ним так круто, как раньше никогда не было.

Вообще на фотках рыбу было не отличить от любой другой обычной девчонки с курса. Её кузины со старших курсов и то выделяются – у одной волосы меняют цвет на солнце и в воде, а у второй могут превращаться в осьминожьи щупальца. Медведь когда в первый раз увидел, то капец испугался, а нужно ж было не подавать виду и вообще так смотреть, будто всё норм. У него прямо сердце в пятки ушло, но он как-то справился.