Книга Захватчица, страница 71 – Салма Кальк

Луис сказал – ещё не меньше полугода на восстановление, а может быть – и больше. И в течение этого времени – никакой действительной службы. Можно работать с документами и болтать языком. Консультировать можно. Преподавать. А командовать боевыми операциями – нельзя. Потому что. Так и сказал, паразит зелёный – потому что. Инопланетянин несчастный. Выпендрёжник.

Правда, он же и свёл Рика прямо в госпитале с оказавшимся там по своим делам генералом Саважем. Тот сказал, что наслышан о случившемся, и может предложить разные возможности для компетентного специалиста. Например, в штабе Легиона. Или, если генерал Монтенеро не прочь попробовать что-то новое – то на боевом факультете академии есть программа переподготовки, что он об этом думает?

В родной академии Рика не было никаких программ переподготовки, он и слышать не слышал о том, что это. И честно об этом сказал. Саваж посмеялся и сказал, что Рику нужно прийти к ним в дом на приём, который они каждый год устраивают для военных. И там будет, с кем обсудить этот вопрос. Только приехать нужно не ровно ко времени начала, а пораньше, скажем – на час. Потому что матушка любит встречать гостей сама и не любит отвлекаться, а вопрос серьёзный.

Рик ничего не понял ни про матушку генерала Саважа, ни про серьёзный вопрос, но с ходу не смог придумать уважительную причину для отказа. А потом уже было поздно.

Разговор состоялся неделю назад, за это время Луис выпроводил Рика из госпиталя, и ему пришлось снять квартиру неподалёку, потому что – каждый день на процедуры. Физиолечение, специальная физкультура, и Луис руками тоже контролировал процесс регенерации. И так ещё долго.

И специально – квартира на самом верху, под крышей. И каждый день ногами – вверх и вниз. В первый день Рик только и смог, что подняться наверх после процедур, и всё. Как-то добрался до кровати, рухнул на неё, не раздеваясь, и лежал, пока боль не утихла и не позволила заснуть. Правда, уже на второй день он лежал ненадолго, но меньше. А на третий – ещё меньше. Да в конце концов, что он, боль не терпел, что ли? Подумаешь – боль! Пройдёт.

Квартира была маленькой, но удобной – всё под рукой. Рик понял, что отвык жить один – всё время на людях и среди людей, одному было слишком тихо и слишком спокойно. Он вспомнил, что умеет готовить еду, и варить арро, и даже освоил доставку продуктов из большого магазина, равно как и готовой еды из ресторана в соседнем доме. И ему нравилось утром молоть пахучие зёрна на маленькой ручной мельнице, и потом насыпать порошок в маленькую гейзерную посудинку. А потом брать ломтик лимона, дед прислал ему из дома отличных лимонов, сказал – как это вообще без лимонов можно жить? – в общем, потом брать лимон и капать в чашку. И пить.

В принципе, можно было попробовать поискать себе женщину, но все, что встречались, оказывались какими-то не такими. У них было не такое всё – не чёрные волосы, не зелёные глаза, и кожа недостаточно светлая, и фигура не та… И говорят не так, и смотрят. Нет, с ними-то всё в порядке, а вот с Риком – кажется, не вполне. Потому что с какого перепугу ему всё время мерещится капитан Саваж?

Невысока, беспардонна, язык такой, что иногда слушать не хочется. Невероятный профессионал, как не всякий мужик, будь тот мужик хоть трижды магом. Форма – как вторая кожа, никаких вам чулок и туфель. Волосы кое-как стянуты, лицо чумазое – почти всегда. Взгляд – как тяжёлое орудие. Невысокая, ладная. С розовыми пятками. Эти розовые пятки врезались ему в память с самой первой встречи – когда она захватила его кровать, только появившись в Ар-Тааре. Позже, когда жизнь сталкивала их ближе некуда, им оказывалось вот совсем не до пяток, потому что – обстоятельства такие. А теперь какие, к чёрту, пятки? Он – хромоногий военный, в перспективе отставной и безработный, и непонятно, придумает ли себе какую-то другую работу, или же нет. А она – по-прежнему профессионал, и надо думать, по-прежнему деятельна и прекрасна.