Книга Барышня ищет разгадки, страница 44 – Салма Кальк

Она поднялась и подхватила тулуп. Он тут же подбросил себя и помог надеть.

— Доброй ночи. Меня завтра Брагин в больнице утром ждёт, а уже скоро вставать, — она кивнула с самым серьёзным видом, но взгляд совсем усталый, в одну точку.

— Понимаю вас. Постараюсь заглянуть.

— Значит, до встречи, — она кивнула и исчезла в тенях.

А он рухнул обратно в кресло и разве что снял защиту с комнаты. Спать можно и здесь, если Алёшка не придёт и не заставит подняться в спальню.

Правда, Алёшка-таки пришёл и заставил.

14. Звучать в унисон

Суббота началась со стука Надежды в мою дверь и весёлого «вставайте, барыня, уже пора!» И ничего не пора, думала я, отскребаясь от тёплой постели и выходя в холодную комнату, к воде, которую нужно согреть, чтобы умыться. Ну и свежую рубаху с чулками я вчера тупо забыла положить в постель, чтобы согрелись к утру, значит — придётся надевать холодными. Ничего, зато проснусь с гарантией.

Во сколько я там вчера легла спать? Даже и не посмотрела. Это давным-давно дома или телефон, или часы с подсветкой, а здесь чтобы что-то ночью разглядеть, нужно зажигать свет — обычный или магический. А я явилась домой, на ощупь разделась и так же на ощупь упала спать.

Надежда за завтраком поглядывала с интересом — ну да, обычно я всё же приходила домой в приличное время и ночами нигде не шарахалась. Но если мне и дальше будут выпадать походы на нежить — то вчера был первый раз, и вовсе не последний.

— А сегодня вы тоже пойдёте дохляков ловить? — спросила она.

— Так вот не знаю пока, — нужно будет связаться с Курочкиным и узнать, есть ли какие новости. — Как пойдёт. Нежить-то мы поймали, но уничтожить не вышло. Но может быть, и не понадобится.

— Как не понадобится? — не поняла Надежда.

— Сам отвадится, — отмахнулась я. — А пока у меня больница, как обычно.

Оделась я, как в больницу, и шмыгнула туда тенями. Что ж, мои коллеги уже пили утренний чай.

— Доброго здоровьица, Ольга Дмитриевна, — приветствовал меня Брагин. — Что-то вы как будто не спали совсем.

— Спала, — улыбнулась я. — Только мало. Представляете, держу я нежить и расспрашиваю, а тут открывается дверь с улицы и заваливается толпа… местных уважаемых людей, ни один из коих не маг, — я чуть было не сказала «простецов», но вовремя одёрнула себя.

— И как? — Василий изумлённо на меня уставился. — Он всех пожрал, да? Упокойничек-то? Или вы скорее были?

— Он был трус и убежал, только заслышав, кто там к нему явился, — я вспомнила этот момент, но сейчас уже злости на Матрёну Савельевну почти не осталось, можно было и посмеяться. — И придётся теперь выяснять, достаточно ли мы вчера от него узнали. А что тут?

— А тут ничего особенного, никаких странных смертей, всё штатное.

Двое умерших и впрямь оказались обычными людьми без каких-то там историй и непоняток — у дамы преклонных лет остановка сердца, а мужчина сорока лет умер от потери крови — уронил по пьяни топор на ногу, и не смогли нормально остановить кровь. Никаких тайн, на вопросы оба отвечали достаточно, всё в порядке.

Соколовский явился к нам в тот момент, когда я как раз дописывала заключение по второму случаю и думала, что он уже и не придёт.

А вообще он вчера был хоть и уставший в хлам, но говорил чётко по делу и как надо. Все мигом понимали — начиная от Матрёны и до Кондрата Никаноровича. Наверное, приди он во время беседы с Петрухой, тот бы тоже построился и всё выложил, даже спрашивать бы не пришлось.