Книга Барышня ищет работу, страница 39 – Салма Кальк

Он оказался в кабинете, и разрешил заходить.

— Большое вам спасибо, Василий Васильевич, — сказала я от сердца. — Вы очень помогли мне. Сама бы я не справилась.

— Пустое, Ольга Дмитриевна, те, кто больше других одарён и подготовлен, и просто больше может, должны помогать тем, кто может меньше. Я очень рад, что у вас всё хорошо разрешилось.

— А кто такая эта Софья Людвиговна?

— Госпожа Серебрякова. Она вдова, принадлежит к дворянскому сословию, — сказал Зимин. — Местная уроженка, её отец, господин Зигель, застал ещё губернатора Трескина, а это давненько было. Всю жизнь прожила в столице, и в Сибирск прибывала наездами, приглядывать за домом. Лет пять или семь, как вернулась, сказала, что насовсем. Наверное, так и есть, даже у мага ресурс жизни не безграничен.

— У мага? — изумилась я.

— Да, Софья Людвиговна — маг, и весьма неплохой, — сказал Зимин. — Ей девяносто три года, на минуточку, — усмехнулся он.

— Я думала — лет семьдесят. Ничего так, хорошо сохранилась.

— Да, она решила, что я лучше всего подхожу ей из всех местных целителей, вот и приезжает на консультацию раз в месяц.

Буду знать. Дивно, что уж. Я ещё раз поблагодарила Зимина и отправилась ждать к себе.

Ждать оказалось недолго — незадолго до полудня у крыльца остановился тот самый вчерашний экипаж. Оттуда вышел человек в сюртуке и шляпе, и просил позвать меня — от Софьи Людвиговны, так и сказал. Я попрощалась со всеми местными обитателями, и вместе с Зиминым вышла на крыльцо.

И тут, как по нотам, из-за угла больничного здания появился Носов.

— Куда это вы собрались, Филиппова? — спросил он тут же.

— Василий Васильевич выписал меня, и я уезжаю в город, где устраиваюсь на работу, — сообщила я. — Устная договорённость уже есть, осталось поехать и подписать договор.

Тот как на стенку налетел — встал, как вкопанный.

— Кто это вас берёт на работу, интересно бы мне знать?

— Госпожа Серебрякова, Софья Людвиговна, — медовым голосом пропела я. — По рекомендации Василия Васильевича.

Тот смотрел и вежливо улыбался.

— Ну, знаете, — Носов оглядел нас всех злобно, повернулся на каблуках и пошёл прочь.

А я простилась с Зиминым и села в экипаж. Кучер закрыл дверцу, уселся спереди и крикнул коням, чтоб трогали.

Я ехала в новую жизнь. И пусть эта жизнь будет ко мне добра, большего я не прошу.

Часть вторая

Ольга и Пиковая Дама

Часть вторая. Ольга и Пиковая Дама

1. Как из фильма

1. Как из фильма

Я ехала по губернскому городу Сибирску и разом узнавала и не узнавала. В моё время таких вот деревянных домиков уже почти не осталось, а в детстве их было много — весь центр, и на левом берегу тоже. Конечно же, то, что в моё время было большим городом, сейчас представляло из себя несколько разрозненных частей. И для переправы на правый берег реки — кстати, реку тоже зовут Ангара или как-то иначе? — в общем, нам подошёл тот самый паром-плашкоут, о котором говорила Матрёна Савельевна. Когда экипаж подъехал к берегу, туда как раз выходили прибывшие с той стороны. Мы пристроились следом за парой пустых телег, дождались очереди, и кони осторожно вступили на доски парома. Кучер заплатил перевозчикам какую-то денежку, экипаж установили в предназначенном для того месте, потом разрешили зайти пешим людям, и паром тронулся.

Я взглянула в застеклённое окошко — любопытно же! Река точно такая же зелёная, как и дома, и очертания города на берегу очень напоминают виды со старинных открыток. Узнаваемы Московские ворота — надо выяснить, как они здесь называются, и купола храмов возле ворот, сейчас это место называют Нижней набережной. Конечно же, никакой набережной и в помине нет, и улицы-то, наверное, никто не мостил. Или мостил? Увидим.