Книга Барышня ищет работу, страница 43 – Салма Кальк

Ну а я пока живу в городе, в маленькой, но отличной комнатке. Туда помещается кровать, сундук и небольшая прикроватная тумбочка, на которой стоит зеркало. В сундук я потом сложу одежду, пока сложила свой свёрток с пижамой, которую сшила в больнице. Вообще мне вроде говорили, что есть машинка, значит — можно купить ткани и что-то сшить самой.

Тут я поняла, что пока не очень-то представляю себе, что вообще носят дамы, почитающиеся за приличных. Что у них под платьем, например. Панталоны? Чулки? Сорочки с корсетами, или уже можно без корсетов? Вроде я слышала, что у нас корсеты благородное сословие повсеместно использовало до мировой войны, а здесь как?

Мысль о том, что у них тут тоже может быть революция и мировая война, я пока отодвинула подальше. Такое думать — свихнуться можно.

Так, машинку, если что, можно поставить у окна, света хватит. Кстати, электричества в доме не было, хоть я и читала в объявлениях, что оно уже не просто существует, но и используется в быту. Но если хозяйка — маг, то она, наверное, так обходится? На вопрос об освещении Агафья ответила — принесём вам, барышня, свечку, чай, не заблудитесь.

— А как Софья Людвиговна?

— А барыня ж маг. Она шарик свой волшебный засветит, и всё видно, ещё почище, чем от свечки.

— А госпожа Антония?

— Антошка тоже маг, — подтвердила Агафья. — Умеет руками разгладить складки, почистить одежду от грязи, залатать прореху — и всё это магией! Боль ещё снимает, можно её попросить, она не отказывает.

Какой полезной, оказывается, бывает магия! И почему я не маг? В прочитанных книгах попаданцам щедро отсыпали способностей и сил, а я чем хуже? Или это только в книгах попаданство такое вот, а в жизни — вовсе нет?

— Но ничего, — продолжала Агафья, — мы и со свечками и с утюгами как-никак управляемся. И вы управитесь. Смотрите, барышня, вода, чтоб умыться — в кувшине.

Действительно, в углу на табурете стоял жестяной таз, а в нём металлический кувшин.

— А туалет? Или на улице?

— На улице есть, как не быть, — Агафья отдёрнула занавеску с окна и показала будочку в углу двора. — Тут рядом с вами чёрный ход, если что — можно быстро выскочить. — Но у барыни есть и новомодная система, пойдёмте.

Она показала мне дверь рядом с моей, за дверью же обнаружился самый настоящий тёплый туалет. С унитазом и бачком. Значит, с бытом тут не так и плохо, подумалось мне. Тут же была и раковина с горячей водой, Агафья объяснила, что она сама не очень понимает, но сделано с магией, и как-то та магия завязана на печное отопление в доме. Печей, к слову, было три — одна грела гостиную, столовую и немного спальню хозяйки, и кабинету доставалось, вторая располагалась в нашей части дома, и третья — на кухне, на ней готовилась еда.

Рядом с моей комнатой, кроме туалета, располагалась кухня, и тут же была комнатка, в которой спали Агафья и кухарка Марфуша. Антония, по словам Агафьи, спала на лавке в спальне хозяйки, и так было всегда.

Ещё из персонала имелся управляющий Антип Валерьянович, человек семейный, проживающий на соседней улице в собственном доме с супругой, сыном, невесткой и внуками, он приходил рано утром. А кучер Афанасий и дворник, сторож и разнорабочий Степан жили тут же в доме, у каждого из них было по каморке в подвале. Афанасий ходил за лошадьми — кормил, поил, чистил, и следил за состоянием экипажа. Степан же был на все руки — принести тяжёлое, поднять, переставить, наколоть дров, затопить печи, почистить двор от снега, запереть-отпереть ворота. Тут же Агафья сообщила, что Степан подбивает клинья к Марфушке, но у Марфушки муж на заработках, когда вернётся — никто не знает, и она тоже.