Книга Подарочек, страница 70 – Салма Кальк

В дверь постучали, забежал какой-то неизвестный студент.

— Скажите, это, случайно, не ваше? Там написано – кафедра философии, – и протянул подошедшей Ирке очень знакомую жёлтую пластиковую папку.

— Да, спасибо, это наше, – кивнула Ирка. – А где вы это взяли?

— А лежало на окне, там, где лестница на третий этаж, – сообщил молодой человек и удалился.

— Спасибо, что занесли, – крикнула Ирка вдогонку и повернулась к Софье Абрамовне. – Что и требовалось доказать. Взяли, подержали у себя и выбросили, может, ещё и своего какого студента прислали вернуть.

— И вряд ли мы узнаем, кто и как это сделал, – вздохнула Софья Абрамовна.

Ирка ещё даже не успела донести злополучную папку до своего стола, когда дверь снова открылась и на пороге появилась Марья Ивановна.

— Ира, здравствуй. Правду говорят, что вы не успели документы подать к учёному совету? – и улыбается, холера, ласково-ласково.

— Кто это говорит? – поинтересовалась Ирка. – Прямо даже интересно.

— Ну как, – пожала плечами та. – Ваши вчера обсуждали, наши слышали.

Вообще в теме, кроме Ирки и Софьи Абрамовны, были участвовавший в деле непосредственно Александр Дмитриевич, Евгений Валерианович – как чуть было не пострадавшая сторона, и Татьяна Борисовна, которой потом всё рассказали. Так что никто ничего ни с кем не обсуждал.

— Марья Ивановна, – и тоже улыбнуться ласково-ласково, – не поверите, а я знаю, кто взял эту папку с моего стола. Мне рассказали. Был человек, который тут тихо сидел и всё видел.

— Ну мало ли, кто там что видел, – тут же сдала назад мерзкая баба и быстро убралась из кабинета.

— Сдаётся мне, мы можем использовать это почти как признание, – рассмеялась Ирка. – Вот не зайди она и не спроси – ещё можно было бы гадать. А тут я и гадать не буду.

— Хорошо, что вчера всё успели, – кивнула Софья Абрамовна. – Ира, я договорюсь с комендантом, чтобы нам прислали студентов помыть кабинет?

— Конечно! У меня завтра пара в обед, а в пятницу в восемь утра, а так я здесь, если что. И ещё можно кабинет Евгения Валериановича тоже помыть, там подоконник, и стол протереть, и вообще.

Уборщица Рита на кафедру заходила пару раз в неделю – у вас, мол, народу немного и все приличные, не мусорят. Так-то да, приличные, вопросов нет. Мусор Ирка с Софьей Абрамовной выбрасывали сами, ну а прогенералить придут студенты, у них там это за какую-то отработку засчитывается.

На следующей паре к обеду присоединилась Татьяна Борисовна. Ей первым делом рассказали про найденные документы и демарш Марьи Ивановны.

— Вот умный же мужик Игнатий, но пригрел зачем-то эту вредную бабу, – вздохнула Татьяна Борисовна.

— Она с Ольгой Петровной дружит, – пояснила Софья Абрамовна.

— Да у них там целый кружок вредных баб, – усмехнулась Ирка.

И вспомнила ещё момент про нагрузку на следующий год – наличие которой собирались скрыть от кафедральной молодёжи, чтобы потом с чистыми глазами сказать – мало дали, на всех не хватит.

— Можно подумать, они там все вечные, – усмехнулась Татьяна Борисовна. – Кто работать-то будет, когда сами не смогут уже?

Ирка на это только вздохнула – у них здесь была ровно та же проблема. Нет молодых преподавателей, самые молодые – Александр Дмитриевич, ему сорок, и Вика, ей сорок пять, что-то давно про ту Вику никаких новостей не слышно, не к добру это. Остальные – за шестьдесят, с болезнями и проблемами.