Книга Любовь против (не)любви, страница 190 – Салма Кальк

— Они твои ученики?

— Сейчас да. Ганса привез в Фаро отец, ему было пять. Он был старшим сыном кузнеца, и вдруг — оказался не просто магом, а ещё и некромантом. Его отец долго изумлялся такому делу, пока супруга не созналась, что некромантом был её не то дед, не то прадед, не то оба. Почтенный кузнец почесал затылок и понял, что как бы он сына не любил, а оставлять его дома опасно — и для окружающих, потому что сила очень уж своеобразная, и для него самого и всей родни — потому что заполучить обвинение в ереси и чернокнижии как нечего делать, говоря словами госпожи Анжелики. Тогда он и предпринял очень неблизкое путешествие в Фаро, и согласился расстаться с сыном — но чтобы того выучили пользоваться своими силами, и чтобы он остался жив. И при расставании сказал ему — домой не возвращаться, чтобы не накликать ничего на мать и младших. А Оливье вообще выбросили в канал, прямо там, в просвещённом Фаро, когда из него сила полезла. Отца он не знал никогда, матери не было в живых, воспитывала его тётка — материнская сестра. И когда оказалось, что он — такой вот хитрый маг, то его просто завернули в сеть и сбросили в воду. И совсем другие люди нашли, спасли и когда поняли, что с ним дело непростое, позвали мага. А маг уже смог понять, в чём там вопрос, и отвёл в Орден Света, там приняли. А ту тётку его милость герцог сурово наказал — потому что надо было сразу в Орден, зачем в канал-то?

— Какой кошмар, — искренне высказалась Катерина.

Она никак не могла привыкнуть к такого рода историям. Которые, как оказалось, встречаются даже в тех местах, которые у здешних почитаются за цивилизованные. Впрочем, так ли всё хорошо в её собственном мире? Тоже хватает дикости и варварства.

— Но для них всё закончилось хорошо, — он погладил её по щеке, прямо как она его перед тем.

— А почему сейчас они с тобой?

— Когда стало известно, что его величество отправляет меня с поручением на Полуночные острова, мой магистр Асканио призвал меня и сказал — бери молодёжь с собой. Пусть набираются опыта, и если возникнет нужда в вашей специфической силе — то пусть учатся пользоваться. А у вас тут — прямо тот самый случай, где б я такое нашёл в просвещённом Фаро или в цивилизующейся на глазах Франкии?

— Так уж и просвещённом, сам рассказывал сейчас про мальчика.

— Не был бы просвещённым — мальчик бы не выжил. А так всё закончилось хорошо, — он запустил пальцы ей в волосы, под растрепавшуюся косу. — Ладно, рыжехвостая Кати, будем прорываться. Вместе мы сильны, веришь?

— Верю, — улыбнулась она.

Потому что и правда верила.

Наутро до обеда снова тренировали атаку. Катерина уже довольно сносно жгла те самые порождения тьмы — а их выпускали на неё всё больше и они лезли с разных сторон. Устала, обессилела, но — справилась. Жиль хвалил, и говорил — что для неопытного мага она действует очень толково.

А после обеда он погнал мальчишек во двор — размяться, сказал он. И они взяли шпаги, и гоняли друг друга по двору, и валяли в снегу — а мальчишки визжали от счастья, потому что в Фаро снега не бывает, ну, почти никогда, а во Франкии — бывает, но нечасто, а вот чтобы прямо сугробы — так это что-то невиданное.

Джейми вышел во двор в окружении своих парней.

— А со мной рискнёшь? Просто так, без магии?