Книга Любовь против (не)любви, страница 346 – Салма Кальк

Кстати, Лиза оказалась полноценной лисицей. Госпожа Бранвен предполагала, что и оборотиться сможет лет через пять-шесть. Ну, поглядим.

Сама Катерина освоила назначенную ей программу за три года. Она вернулась в Фаро вскоре после свадьбы, уселась напротив магистра Асканио и поинтересовалась:

— Скажите, магистр, а как бы нам так устроить, чтобы жила я — там, а училась — здесь?

— И как вы это себе представляете, госпожа моя? — ехидно поинтересовался он. — Вы научились разом быть здесь и там?

— Нет, но если вы расскажете мне, какой объём знаний я должна освоить, мы вместе подумаем, как это реализовать. Что я могу прочитать и отработать сама, а что нужно тренировать под присмотром более опытных магов.

— Вы думаете, это реально? — усомнился магистр.

— Отчего же нереально? Уверяю вас, там, откуда я родом, это обычная практика. Существуют самые разные виды образовательных программ — заочные, дистанционные и другие.

— Госпожа моя, вы, я смотрю, знаете в этом толк?

— Да, — решительно кивнула Катерина.

И дальше они с магистром Асканио вдохновенно придумывали концепцию заочного магического образования. И школа Катерины получилась этаким филиалом школы Ордена Света — во всяком случае, формировалась и развивалась она при помощи магов из Фаро. Магистр сам прибыл и осмотрел классы, и дал напутствие новым преподавателям, и очень радовался, когда школа заработала.

Магически одарённых детей направлял к Катерине лорд Лэнгли, придворный маг. Первый набор представлял собой десяток учеников из самых разных сословий, и для них даже не нужны были никакие специальные помещения, все отлично разместились в Торнхилле. А позже выстроили двухэтажный пристрой специально для занятий — и со всеми положенными огне-, водо- и смертеупорными заклятьями.

Местные жители поначалу косились на юных магов и их наставников настороженно, а потом, когда те начали приносить пользу в хозяйстве — прониклись. Маги-погодники и понимавшие в растениях помогали вырастить урожай, целители лечили, боевые маги гоняли разбойников — своих и скоттских.

К слову, своим наследником королева назвала скоттского Джеймса — кем-то там он ей приходился, и женат был на её внучатой племяннице. В итоге уния между королевствами кому-то пришлась по нраву, а кому-то — нет. Кто-то воспользовался и повёз товары через границу, кто-то взялся бунтовать — причем с обеих сторон, и Торнхилл, как и Телфорд-Касл, неожиданно оказался прямо горячим местом. Захудалый тракт вдруг стал, что называется, федеральной трассой, и пришлось его обустроить, зато притёк разумный народ — торговцы и ремесленники, и трактирщики тоже. Катерина всех пересчитала, учла и построила, и если поначалу её ещё пытались обманывать — как же, по виду-то девчонка, да ещё нередко беременная, что с неё взять-то, но после нескольких неприятных случаев слухи о миледи маге, которая видит всех насквозь, ползли впереди неё. Теперь к ней приходили исключительно с выгодными предложениями — шла ли речь о стрижке овец, торговле алкоголем или новой гостинице. А добрый сосед Рой Гордон со своей стороны поддерживал те же начинания, и поговаривал, что не прочь женить своего старшего сына на Лизе. Катерина отмахивалась — пусть вырастут и сами разбираются.

Хью Айви замечательно приспособился ко всем переменам. Без Дороти он всё равно что плечи расправил — хотя, конечно, всё время переживал за детей. Ровно до тех пор, пока не заметил, как с ними играет Грейс, и как они к ней тянутся. Тогда он, недолго думая, сделал ей предложение, и она его приняла — к удивлению всего населения Торнхилла. Петронилла прямо спросила — а отчего же миледи не подыскала для Грейс кого-нибудь важного и солидного? А кого и зачем отыскивать, если Грейс уже давным-давно неровно дышала к Хью, и Катерине это было отлично видно? А теперь у них вдобавок к старшим детям Хью ещё две общих девочки.