Книга Сильнее смерти, страница 17 – Салма Кальк

Господин Ансельм после долго изумлялся наглости оборванцев, возомнивших себя господними орудиями. Но наглостью дело не обошлось.

Как потом оказалось, кто-то из дворни преисполнился сочувствия к тем оборванцам, и открыл глухой ночью калитку в стене, которая не была защищена чарами ввиду того, что те чары дворня не могла переносить никак. Увы, в обороне замка было слабое место, его вычислили и им воспользовались. Но об этом Марсель смог думать намного позже, а пока — нужно было биться.

У еретиков был маг — стихийник, боевой маг неплохого уровня. Увы, он умел жечь их охранные заклятья, и остановить его сердце оказалось нелегко.

Не все слуги оказались предателями — но нападающих было в три раза больше. Господин Ансельм запросил подмоги у соседа, его высочества Франциска, и даже предложил открыть ему теневой путь, если тот решится воспользоваться. И тот решился, и пришёл — но уже было поздно. Господин Ансельм добрался до одержимого мага, но полёг и сам. А Марсель держал теневой ход для отряда принца, и не видел смерти своего отца — только почувствовал.

От него не осталось ничего — даже пепла. Но впрочем, отец — Марсель только теперь смог назвать его так — рассказывал, что с некромантами так чаще всего и случается. Смерть взяла его — и всё.

Замок горел. Люди его высочества Франциска добивали налётчиков, оказавшихся вовсе не изгнанными им людьми, а войском протестантского принца Марша. Марселя окружили во внутреннем дворе, он собрался, выпустил тот максимум силы, на какой был способен — и потерял сознание. Фактически — провалился в тень.

Поэтому-то его не нашли, когда сражение завершилось, и его высочество Франциск известил короля, что оба де Риньи погибли — и отец, и сын. Их владения были не тем лакомым кусочком, на который нашлись бы желающие — разорённое гнездо некроманта, что может быть хуже — поэтому формально они отошли короне, а фактически на них никто не претендовал.

Марсель пришёл в себя через три дня — на пепелище. Обгорелые стены, разорённые комнаты, склады, погреба. Сгоревшая полностью богатая библиотека. Ему осталось только немного дорогих сердцу вещей — его амулет, кружка из материнского дома, серебряный крест да отцовское кольцо, которое тот дал ему в ночь штурма — чтобы облегчить построение путей для отряда принца. И оружие — шпага да кинжал. Идти ему снова было особо некуда, но оставаться на пожарище он тоже не хотел.

В ближайшей деревне от него разбежались — мол, покойник, серебряной пулей его, святой водой и чем там ещё положено. Крестом большим по башке, еле увернулся. Попытался сказать, что жив, прочитать молитву — куда там, его и не слушали. Покойник, говорили, колдовское отродье, да и всё.

Пришлось идти дальше.

Компанию бродяг он нашёл на третий день. У них была еда, и можно было подкрасться теневым путём и взять немного той еды. Переполох поднялся знатный, но его не нашли — магов среди них не было. Тогда Марсель вышел в нормальный мир и представился — мол, маг, потерял всех близких, идти некуда, готов присоединиться к честной компании до ближайшего города.

Способности Марселя подкрасться незаметно и взять то, что нужно, оказались весьма ценными. А потом он ещё и убил в ночной стычке пару чужих разбойников, за что новые приятели преисполнились к нему уважения. Так и пошли.