Книга (Не)случайная наследница чайной, страница 75 – ЮЭл

— Ти, — голос, будто сквозь вату. Перед глазами замерло лицо Асиры, искажённое беспокойством. — Ти, нужно перенести генерала на кровать.

Я моргнула, подняла взгляд и увидела, как наколочка с дырками превратилась в старушку — сгорбленную, с выцветшими глазами, в которых отражалась не только забота, но и что-то древнее, вечное.

— Это невозможно. Он тяжёлый, как буйвол, — пробормотала я. А потом голос дрогнул, и наружу вырвалось то, что разрывает меня изнутри: — Я отняла у неё тело. А потом и душу. Ради Ноа.

Ладонь Асиры легла на моё плечо. От прикосновения по коже побежали мурашки, холод резанул до костей.

— Тейя сама сделала выбор, — сказала она спокойно.

— Но я заняла её место, — выдохнула я.

— Магия… она непредсказуема, — в голосе Асиры появилась мягкость, будто она вспоминала что-то из далёкой юности. — Призывая неприкаянную душу, ты не знаешь, кто откликнется. Ты можешь притянуть кого-то с незавершённым делом, с жгучим желанием жить. Ты была такой душой.

— Но Тейя… — слова застревали, как гвозди в горле.

— Это был её выбор, — глаза старухи сверкнули серебром. — Всегда был её выбор.

Я всхлипнула, пытаясь удержать остатки дыхания, как будто оно тоже собиралось покинуть меня. Всё, что я чувствовала, — это вину. Как жить, когда чьей-то смертью тебе подарили вторую попытку?

— Я не знаю, как теперь жить…

— Малышка, — вдруг весело сказал чей-то голос, наклоняя голову набок, — а почему над твоей головой летает облако в человеческом обличии?

Мир остановился. Слёзы застыли на щеках. Сердце провалилось куда-то вниз. Я замерла. Медленно повернула голову вправо.

Он смотрел на меня. Прямо. Живо. С прищуром, словно оценивая, не привиделось ли ему всё это. Лицо бледное, но осмысленное. Ироничное. Глаза — яркие, синие, как в последний день перед бурей.

— Ноа? — выдохнула я.

В тот же миг послышался резкий хлопок. Асира исчезла, будто никогда не существовала, оставив после себя только запах озона и ощущение, что меня бросили под встречный поезд.

Я осталась одна. С живым Ноа. И с грузом, который уже не переложить ни на кого.

— Ноа? — повторила я, словно в бреду. Имя вышло шёпотом, но отозвалось во мне, как колокол. Громкий. Тяжёлый. Последний.

Он приподнялся на локтях — неуверенно, как будто сам не верил, что может. Глаза изучали меня. И в них не было страха. Ни боли. Только усталость и упрямая живучесть.

— Ты плачешь, — сказал он просто. — Неужели я правда умер?

— Ты… ты был на грани. Очень близко.

Моё тело трясло, и я даже не понимала — от чего больше: от шока или от страха, что он опять исчезнет. Словно всё это — иллюзия. Как если прикрыть глаза, он снова станет холодным телом под моими пальцами.

Ноа протянул руку, едва коснувшись моей щеки.

— Я слышал тебя. Где-то издалека. Ты звала.

— Я…

Я хотела сказать, что не звала. Что просто рыдала, как безумная, беспомощно наблюдая за тем, как другие спасают его. Что просила вернуть его, не думая о цене. Но не произнесла ничего. Слова застряли. Вместо них из меня вырвался сдавленный всхлип.

— Где… он? — нахмурился Ноа, приподнимаясь. Мышцы напряглись, и он тут же замер, схватившись за бок. — Чёрт… как будто внутри всё разбито.

— Не двигайся! — бросилась я к нему, придерживая за плечо. — Тебе нельзя! Ещё слишком рано…