Книга Истинная ведьма дракона, страница 30 – Анна Солейн

Я накрыла малыша, который уже успел выползти на мое плечо, ладонью. Он был хрупкий, пушистый, с острыми пиками кожистых крылышек, и я могла буквально почувствовать, как колотится его крохотное сердечко.

— Не надо! — испуганно выпалила я.

— Почему? — искренне удивилась она. — Хочешь сама? Ну давай.

Она протянула мне нож рукоятью вперед.

В этот момент нетопыренок пискнул, и отец поморщился.

— Один шум от него. Давай уже… реши вопрос как-то. Раз притащила.

— Решить вопрос?

— Ну зачем он тебе живой? Тебе живности — и мертвости — в доме мало? Тебе же все равно внутренности его нужны, правильно?

Я окинула всех присутствующих взглядом, потом, не выдержав, повернулась к Сеймуру, который по-прежнему стоял рядом со мной. Он единственный, который видел, что нетопыренка я спасла, причем — бросившись под заклинание. Если он сейчас об этом расскажет — мне конец.

Меня и так в семье считают кем-то вроде белой вороны: отец даже не верит, что я сама, если что, смогу справиться с какой-то неприятностью, о которой говорилось в пророчестве! Уверена, у Мары бы таких проблем не было, отец бы даже не почесался, чтобы ее защитить. А зачем, если защищать обычно надо не Мару, а от Мары!

В общем…

Взгляд Сеймура, который он на меня бросил, был каким-то странным.

— Это мой, — вдруг сказал Сеймур. — Питомец.

Что?!

— Питомец? — поднял брови отец.

— Давай сюда. — Проигнорировав его, Сеймур повернулся ко мне и, отведя мою ладонь в сторону, бережно взял нетопыренка в руки. — Тихо-тихо, не пугайся, — зашептал он перепуганной мышке, которую принялся тискать аж целый дракон и привел этим в ужас. — Все хорошо, не бойся.

По коже от ласкового шепота Сеймура пробежали мурашки.

— Ну где там настойка? — бодро спросил Сеймур, позволяя нетопыренку повиснуть вниз головой, зацепившись лапками за его палец.

— А ты не хотел бы уйти? — гостеприимно спросил отец.

— Нет, я тут надолго, — не менее дружелюбно ответил Сеймур.

Мара… хихикнула?! Еще и рот ладонью закрыла, кокетливо так? А бабушка… а бабушка что, специально повернулась так, чтобы грудь была заметнее? Да, точно.

Виски заломило.

Отец, посмотрев на Мару и на бабушку, сморщился, как от зубной боли. В кои-то веки я его понимала.

О чем Сеймур говорил? Какая опасность? Что именно здесь затаилось? И чей голос я слышу? И почему — только я?

* * *

Настойку пили в гостиной. Все. Включая призраков (полным любопытным составом) и Ронни.

Я сидела рядом с Сеймуром на узком диване, и мне происходящее решительно не нравилось. Отцу — тоже. Хоть в чем-то мы совпадали.

Ронни сидел напротив, рядом с отцом, и по-прежнему сжимал в руках букет.

— Алиса, я принес тебе цветы, — выпалил он, улучив момент и ткнув мне в лицо цветами, от которых я шарахнулась, как от ладана.

— Это что, кровавые лепестки?

Алые цветы, которые издалека казались мне лилиями, вблизи оказались остро пахнущим сладостью хищным растением. Его, собственно, лепестки томно покачивались и готовы были откусить палец любому, кто сунется достаточно близко.

— Я знал, что тебе понравится! — радостно сказал Ронни.

Я в очередной раз окинула взглядом его тощую фигуру, рыжие волосы, веснушки, выглаженный коричневый костюм явно с чужого плеча и радостную улыбку.

На всякий случай себя ущипнула. Нет, не сон.