Онлайн книга «Трон галактики будет моим! Книга 12 — Тысяча гигатонн»
|
— Вот дерьмо, — простонал Песецъ. — Да почему больно то так? Потемкин выглянул из специального бронекармана созданного специального для него у меня на одоспешненом плече, принюхался и спрятался внутри захлопнув за собой толстую крышку. Бронескафандры офицеров моего штаба тоже сами позакрывали их шлемы. Плотность атмосферы даже в нашем защищенном пункте плотностью напоминала высокогорье и продолжала вытекать в технические полости между атмосферными отсеками и внешними бронеплитами. Гравитация отключилась, но тут же включилась снова, но как-то немного косо. Так бывает, если осевой генератор, проходящий внутри нижней палубы через весь корабль, несколько сместился относительно корпуса, и теперь у нас неверный вектор гравитации на всех палубах. Нехило так нам скулу своротило. Не переломился бы от такого наш старичок «Песецъ». Вот сейчас они нас и добьют. — Коконы! Устанавливаем коконы! — прорычал я, и Жнец с Иолантой успели поднять вокруг «Песца» новые коконы, в которые тут же прилетели огромные добивающие болты злобно и бессильно рассыпавшиеся в мгновенно угасшие облака плазмы. — Вова! — прорычал я. — Тоже ставь! — Да не могу я, — проныл Вова. — Не держится на корабле! Мы из кокона улетаем! — Старайся! — злобно прорычал я, стараясь удержать в уме все компоненты во всю идущего сражения. Тут и Василий Гаврилович присоединился к рычанию по каналам командования: — Кормовая техническая группа! Обесточить третий реактор, ограничить нагрев второго! Наддув аргона в реакторный отсек, сбивайте открытое пламя! И чтоб ни одного замыкания у меня! Герметизируйте кормовые надстройки! Я в курсе, что там решето, я старый, а не слепой! Сервы с пеной где? Пусть хоть собой дыры затыкают и запенивают! Василий Гаврилович молодцом, перехватил на себя борьбу за выживание корабля, оставив мне возможность целиком сосредоточиться на зловещих стратегических планах и боевом управлении. — Поврежденную орудийную башню переподключить! Пошлите туда спасателей, я вижу раненых! Я сам на показатели жизненного состояния экипажа и не смотрел, чтобы не терять концентрацию от расстройства. Такие удары точно много кого достали. Дашин дедушка тут и сам отлично справится. А мы тем временем дотянули на одном реакторе до огромной тёмной сферы Дворца, и он прикрыл нас своим изогнутым горизонтом от уничтожающего огня с тяжелых ордынских кораблей. От обстрела с мелких кораблей, правда, не прикрыл, уж очень большое пространство они занимали по горизонту. Но их удары мы держали лучше и дольше, сменяя деградирующие коконы по очереди, никогда не оставляя корпус «Песца» неприкрытым. И теперь мы продержимся следующие шестьдесят секунд, пока ордынские дальнобойные тяжи будут маневрировать, меняя высоту орбиты, чтобы-таки достать нас и тут. Ну, может, минут пять ещё потянем, не дольше. Сука, какой же я, всё-таки, неумеренный оптимист бываю, сам себе поражаюсь… — Песецъ! Ты там живой⁈ — Это «Яков Перельман» изволил обеспокоиться. — Не дождёшься, — мучительно процедил Песец. Очень уж ему нехорошо, прямо очень-очень. — Ты там не помирай! — прокричал Перельман. — Держись, старик! Мы тебя прикроем! — Да я тут и сам разберусь, — прокряхтел Песецъ. — А ты там не торопись, а то ещё устанешь вдруг. — Вот же ты сволочь, — в сердцах выдал Перельман. — Я к тебе как к человеку, а ты… |