Книга Трон галактики будет моим! Книга 3, страница 71 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Теперь у нас примерно два часа, прежде чем ордынцы начнут мероприятия по ремонту или замене спутников, поврежденных банальным на такой дистанции от солнца коронарным выборосом.

Этого времени нам должно хватить.

А неплохо получилось! Между спутниками тридцать тысяч километров, а я зажег два огня с погрешностью в сантиметр, да еще и синхронизировал их движение с движением самих спутников.

Ай, да я! Ай да молодец!

Я покинул боевую рубку в приподнятом настроении. По-крайней мере до поверхности планеты мы доберемся живыми.

А там разберемся.

Я влез в приготовленные и обихоженные для меня Дашей доспехи, попрыгал на месте проверяя возможные огрехи моторики, ничего не заметил, все нормально, и пошел громыхая по причальной палубе к челоноку.

Ждали только меня. Как только я поднялся на борт, трап за мной закрыл кормовой люк.

Я посмотрел на два ряда бронированных бойцов, вставших передо мной в тесном десантном отсеке Солнышка. Восемнадцать человек, считая меня, и один андроид в таких же доспехах что и у остальных.

А! И еще один героический броненосец, только что отважно забравшийся мне на плечевую пластину доспеха.

Все идут со мной, на борту не остается никого. Я делаю максимальную ставку на десант.

— Ну, что смертнички? — усмехнулся я, включив тактическую связь. — Покувыркаемся?

На что получил в ответ россыпь расслабленных смешков. Отец-командир шутить изволит, тупо как ему и положено. Значит у него все под контролем.

Все, ждать больше нечего. Пора.

Мы начали высадку на Хтонь.

Челнок отошел от корабля с минимальным импульсом, чтобы не привлечь вдруг внимание вражеских охранных систем.

Мы, скорее, падали на Хтонь, захваченные её гравитационным притяжением.

Челнок заходил по большой дуге над темным полушарием, стараясь доставить нас как можно ближе к освещенному краю планеты, но и так, чтобы самому не попасть на свет злобной звезды.

Нас затрясло, когда челнок вошел в атмосферу, практически на сто процентов состоящую из углекислого газа.

Атмосфера жиденькая, её постоянно сдувает в космос солнечным ветром, но её и постоянно пополняют магматические выбросы расплавленного полушария.

Пока мы спускались, Потемкин нахально открыл один из ящиков для снаряжения на груди моего доспеха, деловито повыбрасывал оттуда резервные бластерные батареи. Залез сам на освободившееся место и закрылся изнутри, красавец. Вот в кого он такой сообразительный? Ну, ящик действительно герметичный, какое-то время он там действительно продержится.

— Знает, скотина, где безопаснее всего, — пробурчал Череп. — Того и гляди, всех нас переживёт!

Ну, Череп как всегда, токсичен и обаятелен. Он даже на черной маске своего доспеха изобразил контуры черепушки, белым маркером.

Но все вежливо посмеялись над его типа-шуткой. Нервничает личный состав. И я нервничаю. А кто бы не нервничал?

Реально рискуем.

В конечной точке маршрута челнок завис над углекислотным ледником, в десятке метров, чтобы не провалиться нафиг в неведомые глубины. И мы начали высадку на страховочных тросах. Один за другим бойцы выпрыгивали наружу, через кормовой люк. Ну, вот и моя очередь. Фал — проверил, закреплен, ну поехали вниз.

А темень-то тут какая, глаза выколи. Единственный свет — от соседних звёзд, да Герберы с Гиацинтом где-то на краю обзора неба. Приземлился в сухой лед, пробив наст, ушел в хрустящую кристаллическую массу по колено, но выбрался сам.