Онлайн книга «Трон галактики будет моим! Книга 10 — Мёртвая рука»
|
— Одно я не понял в вашей биографии… Как давно вы решили метить на Трон галактики? Как давно решили, что Константин Тридцатый не справляется, заставляя личностям вроде меня идти на сделку с Ордой? — О, значит, вы признаёте свою вину? — усмехнулся я. — Признаёте, что пошли на сделку с Ордой? — Я был и остаюсь её заложником, — словно с комком в горле отвечал великий князь. — Она всегда присутствовала здесь. Уже очень, очень давно. С первых лет вторжения. Она диктовала свои условия… Заставляла меня отдавать своих подданных. Казалось, его голос дрогнул, и он почему-то не стал брать мою пешку. Сходил D4 пешкой, видимо, пытаясь развивать нападение слоном. Я же ответил пешкой на G4, угрожая коню. — Хорошая попытка выставить себя жертвой обстоятельств, великий князь, — констатировал я. — Но есть кое-что, что заставляет меня усомниться в вашей честности. Понимаете, формирования гнезда Орды на соседней с нами планете произошло не вчера. И даже не в этом десятилетии. Это происходило годами. Годами! Ещё пять лет назад с Ордой на Помпаде мог расправиться флот и адмирал с куда меньшим опытом и арсеналом, чем я. И как минимум в ранние годы формирования гнезда вы не могли — вы были обязаны сообщить флоту и легионам, Второму или Третьему, о возобновившейся активности у разрушенной планеты! Ваши корабли несли дежурство на орбите Помпеи. У вас регулярно были инспекторы. Вам задавали вопросы. Оппозиция знала об этом. Но нет — вы ювелирно обходили все проверки и с хирургической точностью вырезали всех, кто кричал о присутствии Орды в системе. Я чувствовал, что закипаю, и именно в этот момент Вова тихо сказал мне под руку: — Александр Игнатьевич, мне показалось, что… — Что тебе показалось? — я резко повернулся в его сторону. — Мне показалось, что кто-то сказал «Убей его». — Когда кажется — креститься надо, — огрызнулся я на своего ученика. — Не отвлекай. На чём мы остановились? Великий князь увёл коня на E5, пытаясь закрыться от моего слона, который метил на диагональ шаха королю: — На том, как давно вы решили стать оппозицией Константину. Это случилось до битвы у Первопрестольной, или во время вашего сна в Пантеоне, или после выхода из него? Лисовский-Леонов тоже посмотрел на Вову и подмигнул. Неужели он знает и это? Знает и о том, что мой оруженосец, мой ученик до сих пор не знает о моей истинной сущности? Я сделал шах слоном на B4. — Шах! — сказал я, и великий князь вздрогнул. — Хозяин… — тихо прошептал Тридецимус, вероятно, пытаясь подсказать хозяину. — Отстань! Я тоже слышу! Эти голоса…. А теперь я тоже их слышал. — … Убей его… — … Хватит играть с ним в игры… — … Хватит притворяться правильным… — … Убей его… Около десятка голосов. Великий князь сделал ход пешкой С3, пытаясь закрыться, а в ответ я срубил ферзём пешку на D4. — Вы… вы… — пробормотал Вова, и я увидел, как у него подкашиваются коленки. Дошло, наконец-то. Сопоставил одно с другим. — Довольно! — прорычал великий князь, хватаясь за голову руками. — Я доиграю эту партию! И вместо того, чтобы беспрепятственно срубить своим ферзём моего, он принялся добивать слона пешкой — B4. Мне не оставалось ничего другого как срубить его ферзя и сделать ещё один шах, понимая, что безнадёжно проигрываю. — Шах! Мне нравится! Мы оба играем как больные, конченные придурки! — захохотал я. |