Книга На краю Земли, страница 155 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

— Чувствую, зря я это предложил.

Он отошёл на несколько шагов.

Первый порыв вышел слишком сильным. Старик резко подался вперёд и едва удержал равновесие, выставив посох.

— Ещё раз так сделаешь, граф, и будешь тренироваться на Викторе.

— Он тяжелее.

— Именно поэтому.

Я повторил.

На этот раз воздушный толчок получился мягче. Мирослав сделал пару быстрых шагов, не потеряв равновесия.

— Уже ближе. Здесь главное не сила, а длительность и направление.

Мы занимались ещё некоторое время. Постепенно удавалось лучше дозировать порывы и удерживать преграду хотя бы несколько секунд.

Система отозвалась лишь однажды:

[Контроль воздушного потока: положительная динамика.

Устойчивость сформированных потоков повышена.]

Никакого нового заклинания, никакой готовой подсказки. Просто подтверждение того, что тренировка действительно приносит результат.

К вечеру площадь снова заполнили уставшие мужики. Кто-то разминал плечи, кто-то спорил, кто держал копьё правильнее. До настоящего ополчения им было далеко, однако теперь хотя бы появилась основа, на которой можно было строить дальше.

Я некоторое время наблюдал со стороны. Поречье постепенно переставало быть деревней, где каждый ждёт, что опасность кто-нибудь решит за него. Из кузницы доносился звон молота, на башнях перекликались дозорные, за воротами лаяли собаки.

За моей спиной скрипнула дверь. Я обернулся. На крыльце стояла Дарья с ведром воды. Она выглядела уставшей, как и почти все в деревне, но взгляд оставался спокойным.

— Ваше сиятельство, — позвала она. — Ужин готов. Пора за стол, пока совсем не остыл.

— Уже иду.

Я направился к дому. Дел впереди оставалось столько, что одного дня никогда не хватало. Однако сейчас можно было позволить себе поесть и несколько часов поспать.

Угроза никуда не исчезла, зато Поречье больше не собиралось ждать её со сложенными руками.

* * *

Следующие дни начали складываться в привычный рабочий ритм.

Поречье просыпалось затемно, а засыпало уже тогда, когда у людей едва оставались силы добраться до постели. Утром мужчины расходились по полям, на заготовку леса и строительство, днём над деревней почти постоянно звенел кузнечный молот, а несколько вечеров в неделю площадь превращалась в учебный плац.

Я сознательно не стал гонять ополчение ежедневно. Людям требовалось работать, а измотанный землепашец, которого каждый вечер несколько часов заставляют маршировать с копьём, через неделю перестанет быть полезен и в поле, и на стене.

Поэтому тренировки распределили по группам.

Одни занимались сегодня, другие завтра.

Прохор всё больше времени проводил возле небольшого огорода у своей избы. Здесь он выращивал лекарственные травы, часть которых привёз с собой, а часть нашёл уже возле Поречья. Местная знахарка Глафира неожиданно стала его постоянной помощницей.

Со стороны их сотрудничество выглядело забавно: два пожилых человека могли полчаса спорить о количестве одной травы в отваре, после чего совместно приготовить средство и остаться вполне довольными результатом.

Прохор требовал точности и ругался на всё, что нельзя было отмерить хотя бы приблизительно, Глафира отвечала, что некоторые растения «сами показывают, сколько их нужно». Тем не менее дело у них спорилось.

Лука постепенно увеличивал запас оружия. Не десятки новых мечей за несколько дней — металла и времени на подобную роскошь у нас не было, — зато он ремонтировал старые клинки, ковал наконечники копий и приводил в порядок сельскохозяйственные инструменты, которые в случае тревоги можно было быстро превратить в оружие. Особое внимание уделяли стрелам и тяжёлым болтам.