Книга На краю Земли, страница 89 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

* * *

Крики я услышал значительно раньше, чем увидел спорщиков. Шум исходил со стороны колодца, а тот находился почти в центре деревни, поэтому голоса разносились между домами далеко. Так не обсуждают урожай и не спорят о погоде — так ругаются люди, у которых осталось ещё несколько минут, и они начнут выяснять правоту кулаками.

Я ускорил шаг. Возле колодца уже собралось человек двадцать. Мужики, женщины, даже дети стояли поодаль и с большим интересом вытягивали шеи, наблюдая за происходящим.

В центре импровизированного круга находились Лука и Федот. Лука, невысокий и широкий в плечах кузнец, раскраснелся от злости и отчаянно размахивал руками. Федот стоял напротив, скрестив руки на груди, и отвечал резко, тоже явно не собираясь уступать.

Я уже хотел вмешаться, но остановился за кустом сирени. Сначала полезно послушать, из-за чего именно люди готовы вцепиться друг другу в бороды.

— Я тебе ещё раз говорю, Федот! — горячился Лука. — Они сегодня туда ушли, завтра ещё куда пойдут, послезавтра опять полезут! А у нас восточная улица голая стоит: лес почти за огородами, сараи худые, заборы по пояс! Что мы делать станем, когда следующая стая ночью придёт?

— Что граф приказал, то и будем делать, — отрезал Федот. — Он знает, с чего начинать.

— Да причём тут это⁈ — взорвался кузнец. — Ты сам видел Трофимов хлев? Одним толчком разнесли! Сегодня овцу утащили, завтра ребёнка унесут, и что потом скажешь? Что граф план имел?

По толпе прошёл тревожный гул. Вот теперь я окончательно понял причину спора. Это был не склад, не гвозди и даже не сам Лука. Страх. Обычный человеческий страх, который слишком долго копился внутри, а после ночной атаки наконец нашёл себе голос.

— Я и говорю: сейчас надо защитой заниматься! — продолжал кузнец, видя, что часть людей его слушает. — Лес расчистить, колья поставить, крайние дворы укрепить. Мужиков собрать всех, кто топор держать может. А мы что делаем? Крышу одному подлатали, стену другому выправили, а если ночью ещё десяток волков придёт, нам этими крышами от них отмахиваться?

Несколько мужиков согласно закивали.

— А хлеб кто растить будет, если всех на частокол отправить? — зло бросил Федот.

— А кому твой хлеб понадобится, ежели нас до жатвы сожрут⁈

Вот в этой части Лука был совершенно прав. Но потом страх, как обычно и бывает, потащил мысль значительно дальше разумных доводов.

— И вообще, — кузнец ткнул рукой в сторону дома Анатолия, где отдыхал Мирослав, — чего ради они за этим отшельником попёрлись? Сидел старик в лесу сколько лет, так и сидел бы дальше! Логово разворошили, с медведями дрались, волков перебили, в реке вон тварь разозлили! Теперь вся нечисть сюда за ними и попрёт, вот увидите!

По толпе снова прошёл гул, и теперь в нём слышалось больше согласных голосов. Вот это уже была ерунда, но ерунда очень понятная. До моего появления было просто страшно, а после моего появления начались регулярные бои. Следовательно, бои происходят из-за графа. Человеческий мозг вообще любит простые причинно-следственные связи, особенно когда сложная настоящая причина значительно страшнее.

Федот побледнел от злости.

— Ты языком-то мели, да не заговаривайся, Лука! Волк у меня корову утащил ещё до всех дальних походов, забыл? И стая в деревню ночью пришла не потому, что граф её пригласил!