Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 239 – Лоис МакМастер Буджолд

Пенрик опустился на корточки перед стулом. Аликстра встала за его плечом.

— Что мы видим, Просвещенный? – тихо спросила она. Точнее, «Видим», поскольку оба пользовались Взглядом. – Это похоже на человека сегодня утром, но… не совсем.

— Действительно не совсем. Можешь предположить почему?

Ее сжатые губы шевельнулись. Она выбрала осторожность:

— Тебе уже доводилось видеть нечто подобное?

— В некотором смысле.

— Хм… – Встревоженный взгляд на встревоженного брата.

Руки Оцоса дернулись к сестре, затем отпрянули и вцепились друг в друга с новым опасением.

— Это что-то заразное?

— Нет. Ничего такого, чем можно заразиться, ухаживая за ней. – Пен встал. – Мы можем немного оглядеться? Скоро я смогу сказать больше.

— Наверное…

Пен дернул головой, и Аликстра последовала за ним в другую комнату. Очевидно, она принадлежала Виссе: у стены – еще одна мятая кровать, сундуки и корзины с разнообразными вещами, а у окна – прялка, забытая шерсть свисает печальными петлями. Пен тихо, но твердо закрыл за ними дверь и шагнул в тесное пространство, чтобы приглядеться поближе.

Нигде не было видно обычных ритуальных принадлежностей – ни оплывших разноцветных свечей, ни затертых диаграмм, нарисованных кровью на полу, ни трупов жертвенных животных. Ни даже следов уборки после такого ритуала. Хотя погодите… кусочек белого воска прилип к половицам. Такой вполне мог капнуть с прикроватной свечи, но это был дорогой пчелиный воск, а не дешевое сало или масло, которыми, судя по запаху, здесь обычно пользовались.

А еще тут ощущалось слабое зловоние, знакомое всем владельцам кухонных чуланов.

Аликстра тоже принюхалась и, следуя за наморщенным носом и Взглядом, подошла к сундуку. Отодвинула его от стены, наклонилась и подняла трупик белой мыши, распухший и окоченевший, но, к счастью, еще не потекший, осторожно держа его за побагровевший розовый хвост.

Это была не домовая мышь, которую легко можно поймать при помощи ведра и смекалки. Мышей такой породы продавали на рынках в Бастардов день летом в качестве не слишком подходящих домашних питомцев для детей – без сомнения, чтобы поскорее познакомить их с трагедией. Этот конкретный экземпляр скончался не от одной из обычных опасностей, которые поджидали столь хрупких созданий в неумелых маленьких ручках. Ему свернули шею.

Одна маленькая белая свечка, не больше тех, что ставят на праздничный пирог. Одна маленькая мышка, но лучшая, что удалось найти. Одно разбитое сердце, приносящее в жертву последние осколки надежды. Пен подумал, что только что нашел ответ на старинный семинарский спор о том, какие из многочисленных, зачастую гротескных задокументированных атрибутов этой молитвы были необходимы, а какие – нет.

Так мало, в конечном итоге. И он подозревал, что можно обойтись без свечи.

Пен поскреб воск ногтем, вздохнул и выпрямился.

Аликстра поморщилась, глядя на покачивающуюся мертвую мышь в своих пальцах.

— Как я понимаю, мы нашли просителя. И ответы на многие вопросы, что неудивительно. Почему ты так помрачнел из-за этого призрака?

— Он не отлученный.

Аликстра изумленно моргнула.

— Пока, – с растущей тревогой уточнил Пен. – Не знаю, сколько времени у нас есть, прежде чем это произойдет.

— Неотлученный дух может занять тело таким образом?