Книга Маг, сдерживающий армии, страница 43 – Aki

— Всё в порядке, — холодно отрезал Президент, поднимаясь из кресла. Он спокойно отряхнул пыль с плеч. — Первый стабилен. Подготовьте для него всё необходимое. И найдите мне другую комнату. Эта больше не пригодна для… дел.

Он бросил на меня последний взгляд — не прощание, а скорее напоминание: не забудь о договоре, и вышел, чёрные тени бесшумно рассыпались вокруг него в боевой порядок.

Психолог осторожно переступил порог. Он посмотрел на меня, на разрушенную комнату, на мой обнажённый торс, осмотрел моё тело на предмет мутаций.

— Семьсот сорок первая, — тихо произнёс он, больше для себя, занося данные в планшет дрожащими пальцами. Выслушав мои короткие объяснения, он продолжил: — Реакция: сверхострая, визуально катастрофическая. Психическая стабильность: сохранена. Физические параметры… Требуют повторного замера. Первый, каковы субъективные ощущения?

Я обернулся к нему. Мир всё ещё был чуть замедлен. Я видел, как капелька пота медленно скатывается по его седому виску.

— Мир стал… тихим, — устало повторил я. — И слишком детальным. Это… Непривычно. И слишком нагружает сознание. Устал.

Но это была ложь. Не вся правда. Потому что кроме ясности и тишины, внутри зародилось что-то ещё… Что-то глубоко спрятанное, едва уловимое. Я отчётливо понимал, что ускорение разума происходит не просто так. Что-то случалось вначале… Скребло где-то на задворках сознания, но что именно это было, я пока понять не мог.

Вместе с остротой чувств пришло холодное, безэмоциональное знание. Знание того, что я действительно могу сделать то, о чём просил президент. Не просто справиться с задачей. А осуществить её. Стать живым курком. Первым магом, сравнимым с тактическим ядерным оружием.

И в этой леденящей ясности не было ни ужаса, ни гордости. Была только тяжесть. Тяжесть выбора, который уже сделан. Тяжесть силы, которая теперь требовала выхода. И странное, щемящее чувство — будто последние нити, связывающие меня с тем парнем, который когда-то ел торт в одиночестве в однушке, только что беззвучно лопнули. Я впервые так остро и холодно понимал, что я не человек. Не физически, а ментально. Даже в своих собственных мыслях я был ПЕРВЫМ МАГОМ, а не человеком с именем и фамилией. Плевать. Пусть так и будет.

Я устало постарался вернуть своё привычное восприятие и, с третьей попытки, мне удалось нащупать тонкую нить собственных чувств и вернуть времени его обычный темп.

Спустя час после визита президента я находился уже в другом кабинете, больше похожем на стерильный медицинский бокс, временно развёрнутый в подвале штабного здания. Воздух пах озоном и антисептиком, перебивая запах гари, въевшийся в мою кожу.

Вокруг меня суетились люди, но уже другого сорта. Не психологи и не учёные, а технари в серых комбинезонах без знаков различия. Они молча устанавливали на меня датчики — десятки тонких проводов, считывающих малейшие колебания пси-поля, температуру, плотность тканей. Каждый контакт отдавал неприятным холодком, прилипая к коже, но я терпеливо продолжал сидеть неподвижно, позволяя им работать.

Мой разум, всё ещё работающий на грани сверхвосприятия, обрабатывал информацию с чудовищной скоростью. Я слышал, как с тихим шипением до сих пор остывают расплавленные капли металла в развалинах комнаты этажом выше. Видел, как микропылинки танцуют в луче лампы, движимые дыханием техников. Чувствовал, как по проводам в стенах течёт ток, и мог мысленно проследить каждый контур.