Книга Ловушка для Дюка, страница 34 – Анна Велес

— Неужели сдружилась с кем? — предположила Алика.

— Нет, — возразил старик. — Лола думала лишь о деле богини. Но не скрою, видел, ей нравилось, как на нее посматривают и как слушают. Оно и понятно. Если дома никто девочку и не замечал. Да и честно, она с ее наивностью и светом в глазах, так была хороша! Ее наряды были убогие. И мы выдали ей платье. Оно только для служений вообще полагалось, но тут я разрешил исключение сделать. Лола в нем, как картинка была. Пусть белое девицам и негоже.

— А в тот вечер ничего не вспомнишь, отец? — о нарядах дознаватель уже слышать не мог. — Мало ли, может, что неважным казалось, да сейчас иначе видится?

— Не было ничего, — твердо заверил его жрец. — Лола весь день трудилась. Только к вечеру вышла ненадолго, когда ее возле шатра дети ждали. Говорила с ними, а потом опять внутрь пошла. Я просил ее алтарь украсить, да что-то у девочки не складывалось. Она хотела все сделать лучше, но думаю, все же умения не хватало. Вот до ночи и возилась там с занавесью и венками. Когда совсем стемнело, я велел ей прекратить. Лола вроде расстроилась. Молчала, пока я сам ее до коморки, где ее родные живут, отвел. Думаю, может, она по детскому своему упрямству и решила после вернуться?

— Может, — согласилась с ним Алика. — А что же были за дети? Вдруг она из них кому что доверила? Нам бы тоже с ними поговорить?

— Было две девочки и мальчик, — старик явно на память не жаловался. — Малышки сестры, я думаю. Из семей зажиточных, но вроде не аристократки. Платьишки на них дорогие, но не такие пышные, как дворне любят. Девочки явно в тепле родительском росли. Немного капризные. Но Лолу слушались. Они уже дня три к ней ходили. А мальчик старше. Почти юноша. Он младше девочки года на два был. Серьезный очень. Молчаливый.

— Тоже из дворян мальчик? — Дюк сам не знал, зачем ему это. Но в деле может важной быть любая деталь. Мало ли, вдруг с кем из этих детей Лола не только о деяниях Богини говорила.

— Вроде да, — неуверенно отозвался жрец. — Он тоже был скромен. И еще…будто болезненный какой. От солнца все щурился, бледный. И поначалу я его немного опасался. Что Лолу обидит. Он вроде ее слушал, да часто так морщился, будто ему что не нравилось.

— В ее словах? — не поняла Алика.

— В ней самой, — уточнил старик. — Когда он смотрел на девочку. Вроде глаз не сводил с нее, но при этом вот так и морщился. Не знаю, может, родители его воспитали худо и не принимал, что Лола из бедных. Или еще что. Что там у кого в голове творится, не разберешь. Дети они Богам ближе, их тайны глубже.

— И то верно, — закивал Дюк, намереваясь закончить разговор. Есть в словах жреца что важное или нет, он понять не мог. — Спасибо за рассказ полный. И за доброту к погибшей девочке.

— Это мой долг, — напомнил суховато жрец. — Богиня сама воздаст за мое добро.

Командир отряда попрощался и поспешил покинуть шатер. Все же со жрецами ему неуютно. Маги, они проще. Особенно, кто в столице при Герцоге или его матушке состоит. Обычно они со Стражами одно дело делают. То есть служат людям, а не Богам.

Во внутреннем дворе было по-прежнему более-менее тихо. И не так темно. Но Дюку понадобилось время, чтобы найти взглядом Мэйли. Маг выбиралась обратно на ровное место из каких-то кустов. Листвы на них еще, конечно, и близко не было, только прутья торчали. Через них девчонка и рвалась, проклиная все на свете.