Онлайн книга «Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф»
|
— Бррр, – удивленно потряс головой кондуктор. – А зачем? — А вот не доложили мне, – огрызнулся денщик. — Ладно, – подскочил уже совершенно проснувшийся Будищев. – Умыться есть из чего? — И умыться есть, и побриться, а чаю попьешь, когда вернешься от генерала. — А если он меня пошлет, куда Макар телят не гонял? — Значит, не попьешь. — Дай хоть просто холодной воды, а то в горле пересохло… — Пить надо меньше. — Федя, блин! — Я уже двадцать пятый год как Федя, – буркнул в ответ Шматов, подавая стакан воды, перемешанной с клюквенным экстрактом. В штабной кибитке его, помимо мрачного как черт Скобелева, ждали командир таманцев полковник Арцишевский и начальствовавший над моряками лейтенант Шеман. Стало ясно, что речь пойдет о вчерашнем инциденте, и ничего хорошего от этого разговора ожидать не приходилось. — Здравия желаю вашему превосходительству! – со всем возможным почтением поприветствовал генерала Будищев. — Нет, вы только на него полюбуйтесь, – ухмыльнулся командующий. – Хорош, нечего сказать! — Покорнейше благодарю! — Будищев, не юродствуйте! Любого другого унтер-офицера за подобный фокус ожидало бы разжалование. Но вы известный изобретатель, можно сказать ученый, и… да к черту ваше изобретательство! Если бы я не чувствовал себя обязанным за спасение Студитского, вы сегодня же встали бы в строй рядовым, и, смею заверить, никакие высокопоставленные особы не защитили бы вас! — Осмелюсь спросить, ваше превосходительство, уж не идет ли речь о нашей размолвке с хорунжим Бриллингом? — Размолвке? Нет, каково?! Да будь вы офицером, такую размолвку можно было бы разрешить только у барьера! — А доложили ли вашему превосходительству, из-за чего произошел этот инцидент? — Да какое это имеет значение?! — Ну, если честь дочери военного министра не имеет значения… — Молчать! – рявкнул раздосадованный наглыми возражениями кондуктора Скобелев, но тут же осекся и, настороженно глядя на Дмитрия, спросил: – А при чем здесь графиня Милютина? — Значит, не доложили, – бесстрастно пожал плечами Будищев. — Говорите! — Как прикажете. Так вот, их благородие хорунжий Бриллинг, рассказывая о своем успехе у дам, упомянул, что сюда в качестве сестры милосердия направляется его давняя любовница, у которой высокопоставленный отец и титул. И что именно их связь и была причиной его перевода из гвардии. — Что, прямо так и сказал? – хмыкнул Скобелев и вопросительно обвел глазами присутствующих. Арцышевский в ответ только пожал плечами, дескать, не знаю, а вот присутствовавший на гулянке Шеман утвердительно кивнул. — И что? Нет, он, конечно, свинья, но… — Ваше превосходительство, так уж случилось, что большую часть пути из Петербурга я провел рядом с графиней Елизаветой Дмитриевной. Скажу больше, я имел честь оказать ее сиятельству некоторые услуги. — Это все, разумеется, прекрасно, но неужели вы всерьез думаете, что Бриллинг говорил о графине Милютиной? — Я понятия не имею, о ком говорил хорунжий. Но много ли среди здешних сестер милосердия имеют одновременно и титул, и высокопоставленного отца, способного запросто выкинуть офицера из гвардии? — А ведь верно! – крутнул головой полковник и, стащив с головы лохматую кавказскую папаху, вытер лысину платком. — И я совсем не уверен, что его высокопревосходительству понравится, что ваши подчиненные полощут имя его дочери, – поспешил добавить Дмитрий, но тут же нарвался на яростный взгляд Скобелева. |