Книга Стрелок: Митральезы для Белого генерала. Несостоявшийся граф, страница 280 – Иван Оченков

— А для чего это вам?

— Я хочу отомстить.

— Но за что?

— Вам наверняка доложили, что от бомбы террориста пострадал мальчик. Его звали Семка и он был моим воспитанником… да что там, почти сыном. Несколько часов назад он скончался от ран.

— Сочувствую вашей утрате, но все же…

— Выше высокопревосходительство, – отчеканил, глядя ему в глаза, Будищев. – Я все равно убью этих людей. Всех до одного. С вашей помощью или без. Просто с нею будет быстрее. Решать вам.

Из-за близости к морю в Петербурге всегда сыро. Даже когда царит летний зной или лютый мороз, в воздухе достаточно влажности, чтобы сделать жизнь обитателей столицы невыносимой. Но сегодня этот воздух показался Гесе таким опьяняюще свежим, что она, казалось, не сможет им надышаться. В это хмурое утро ей все казалось не таким мрачным и серым, в особенности после того, как за спиной с противным глухим лязгом закрылись обитые железом тяжелые двери тюрьмы.

Да, сегодня ее выпустили на свободу, притом совершенно не объясняя причин. Просто велели собираться, потом подвели к выходу и выставили вон, как выставляют надоевшую собаку из дома или несостоятельного клиента из трактира. Разве что обошлись без пинка.

— Доброго здоровьичка, Гедвига Генриховна, – с явным сочувствием в голосе пригласил ее кучер стоявшей неподалеку кареты, в котором она не без удивления признала Шматова. – Садитесь, пожалуйста.

За время, что они не виделись, ее бывший пациент почти не изменился, разве что одеваться стал лучше. Но добрый и немного наивный взгляд серых глаз остался таким же. Только смотрели они не из-под солдатского кепи или деревенского треуха.

— Здравствуй, Федя, – отозвалась Геся, немного настороженно взирая на богатый кафтан и меховую шапку старого знакомого. – Ты как здесь оказался?

Появление Шматова конечно же не было случайностью. Значит, где-то совсем рядом находится Будищев, и, возможно, ее злоключения вовсе не закончились, но… все равно она на свободе. А дальше будь что будет!

— Да вот, ехал мимо, – улыбнулся во весь рот парень. – Вы садитесь, а то холодно нынче.

На улице и впрямь было зябко, а потому девушка не стала более чиниться и послушно села в экипаж, да и идти ей, собственно говоря, было некуда. Как ни странно, Дмитрия внутри не оказалось, а ехать пришлось долго.

— Где мы? – удивленно спросила она, выбравшись из кареты наружу, на какой-то почти деревенской улочке, застроенной простыми деревянными домами.

— За городом, Гедвига Генриховна. От квартиры-то вам прежние хозяева отказали, а тут и крыша над головой, и банька натоплена. Вам сейчас после острога-то банька самое то!

Тут Шматов не ошибся, если ей и хотелось чего-то в заточении, так это помыться по-человечески. Не ежась от холода в не протопленном помещении, не экономя воду в шайке и не толкаясь и ссорясь с другими узницами, как в пересыльной тюрьме.

Горячая вода каждой каплей, казалось, снимала с ее тела все тяготы и злоключения последних месяцев, а что не получалось смыть ей, безжалостно сдиралось жесткой мочалкой. Потом пришла очередь густых и длинных волос. В последнее время они изрядно поредели и потускнели, но все же их удалось привести, как говорила мама, в божий вид. Мама… Да, когда-то у нее была любящая семья. Отца она не помнила, но мама и брат… как давно это было.