Книга Пилот, страница 161 – Иван Оченков, Антон Перунов

— А у меня его нет, а ваш?

— А у меня нет ключей! Они у Козырева, а он…

— Это не страшно. Показывайте…

За недолгое пребывание в этом мире у Колычева было не так много времени, чтобы разобраться с устройством автомашин начала сороковых годов. Но даже то немногое, что он знал, позволяло надеяться, что он сможет найти необходимые провода и включить зажигание. В крайнем случае на помощь придет дар.

Однако это было ошибкой, потому что из-за «кадиллака» командующего гарнизоном им навстречу вышли четверо: трое рядовых бойцов в форме солдат корейской армии с нарукавными повязками патруля комендатуры и прапорщик с медалью на груди и желтой нашивкой за ранение. Адмирал по привычке даже не обратил на них внимания, чего никак нельзя сказать о Колычеве.

Что заставило Марта насторожиться? Несвоевременность их появления, общая нервозность или какое-то несоответствие внешнего облика и уверенной отточенности жестов? Или уж очень грамотно и быстро они рассредоточились, буквально перетекли как вода одним слитным и отработанным движением. Да и в целом слишком все внезапно и ловко. Не теряя времени, он вошел в «сферу», и тут же его чуйка завопила дурным голосом, разглядев знакомый по нападению в Дальнем искореженный черно-алый отблеск аур шиноби.

Противник, видимо, тоже сделал выводы и медлить больше не стал, жестко атаковав извлеченными из ножен обычными армейскими тесаками. Тем более что подобрались они вплотную к цели. Марту, впрочем, удалось увернуться от первого удара. Инстинктивно отпрянув от промелькнувшего в опасной близости лезвия, он отскочил в сторону, одновременно выхватив браунинг, передернул затвор и немедленно открыл огонь. А вот контр-адмиралу не повезло. Ни увернуться, ни отскочить, ни даже просто понять, что происходит, он не успел.

Впрочем, враги не стали принимать бой, а немедленно отступили. Резко разрывая дистанцию, шиноби, подобно теням, беззвучно растворились в полумраке гаража среди многочисленных авто. Свое дело они сделали.

Ландсберг, содрогаясь всем телом, хрипел, фонтанируя кровью из перерезанного от уха до уха горла. Времени на раздумья не оставалось. Если адмирал еще жив, значит, есть шанс его спасти! Для чего он учился у Крылова целительству, как не для такого случая?

Колычев сунул браунинг в кобуру и встал на колени рядом с умирающим, не обращая внимания на тут же заляпавшую его одежду и лицо кровь. Он попытался пережать сосуды, чтобы прекратить кровотечение, одновременно напитывая раненого энергией. Борьба за спасение жизни продолжалась десять мучительно долгих секунд, но сделать ему толком ничего не удалось. Адмирал мертвенно побледнел и затих, перестав кровоточить.

«Надо попробовать разряд… нет, поздно…» — с горечью вынужден был констатировать незадачливый целитель.

Он оглянулся по сторонам. Все пространство вокруг, включая самого молодого пилота, залито кровью. И как вишенка на торте — валяющийся рядом клинок, которым все это проделали.

«Охренительная мизансцена! — успел мрачно подумать Март. — Ну, раз не удалось спасти этого очень невезучего ловеласа, то самое время отсюда валить, думаю, японцы еще не успели далеко уйти, попробуем их догнать».

Оттерев ладони от крови, он поднялся с колен и снова взял в руки пистолет. Затем принялся сканировать окружающее пространство, пытаясь отследить через «сферу», куда исчез враг.