Онлайн книга «Большая игра»
|
Не то чтобы Колычев считал себя обязанным выполнять приказы кого бы то ни было… Но ведь от него и не потребовали… а вполне себе лояльно попросили… Сказано – сделано. После прощания с императорской четой и товарищами-приватирами «Александра» взяла курс на Иран, чтобы оттуда, без лишних хлопот и рисков пересечения английских владений, прямиком добраться до Крыма. * * * Обстановку в скромном особняке на Даунинг-Стрит, 10 этим осенним вечером, если подбирать дипломатические выражения, можно было назвать удручающей и несколько нервной. Эпицентр всеобщего уныния и раздражения – кабинет премьерминистра, казалось, вибрировал от гневных эманаций своего хозяина. А вынужденному терпеть персональную порку главе МИД сэру Энтони Идену только и оставалось, что запастить поистине ангельским терпением и просто пережить грозу, утешаясь отвлеченными рассуждениями. — К черту, Иден! Идите вы к черту со своими объяснениями! Ваши жалкие оправдания мне не нужны! Завтра король подпишет мое прошение об отставке и назначит нового премьер-министра! Этого лысого болвана-лейбориста Эттли! А ведь именно он был государственным секретарем по делам доминионов и это ему… кхм… – Черчилль глубоко затянулся сигарой и, горько усмехнувшись, махнул рукой, – впрочем, с доминионами как раз все в порядке… Что же вы мне не возразили, Иден? Мнетесь, как девка перед гусаром… Сэр Энтони уловил, что настрой начальства понемногу меняется, и, откашлявшись, заметил: — Кто мог предположить от русских такое запредельное нахальство? Такие эскапады на грани фола или скорее вовсе без правил – не в привычках Александра Третьего и его приближенных. Да и начиналось все это в самом деле как свадебный тур… — Вы же знали, что этот выскочка-гросс опасен как дьявол! Надо было думать. Зачем вы вообще пустили его в Индию в такое время? — Но что я мог сделать, подобный демарш был бы воспринят всеми как форменный дипломатический скандал с неясными последствиями. И смотрелось бы все так, словно мы боимся этого мальчишки. — Да, черт возьми, да, Иден, – снова закипая, заорал премьер на своего министра иностранных дел, – мы боимся его! Уж я так точно боюсь! И вы, имей хоть каплю здравого смысла, тоже боялись бы! Вы непроходимый тупица, Иден! Впрочем, у вас есть еще один шанс. Ничего уже не исправить, но отомстить мы можем успеть, пусть это и будет стоить мне политического будущего. — О чем вы, сэр? — Надо убить негодяя! Вместе со всей его бандой! С треклятой яхтой! Именно так! И сделать это надо срочно! — Напомню, мы пытались, и не раз, – с изрядным скепсисом оценив идею премьера, едва заметно покачал головой Иден. – И если вы не забыли, из этого ничего не вышло! Да и поздно уже. Судя по всему, его корабль уже покинул Аддис-Абебу и сейчас где-то над Средиземным морем. А там уже зона контроля русских из их авиабазы в Константинополе. — Жаль… – с внезапно накатившим безразличием Черчилль откинулся на спинку кресла, пустил несколько колец дыма в потолок и совершенно спокойно закончил свою мысль: – Ну пусть теперь Эттли решает эту головоломку. А я, пожалуй, отправлюсь на пару месяцев в США. Америка – наш последний шанс на участие в Большой игре! Пусть не собакой, так хотя бы ее хвостом… Главное, убедить ребят из Вашингтона, что выгоднее дружить с нами, чем с русскими… |