Онлайн книга «Дипломатия броненосцев»
|
— Так ты, батюшка, все же прежде думай, чем рот раскрывать. Человек, чай, уже не молодой, пора бы и поумнеть! — Полно, Константин. Не пугай Виктора Никитича, — мягко улыбнулся государь, кажется, искренне наслаждавшийся унижением министра. — А то его, чего доброго, удар хватит! — Не велика потеря. Свято место пусто не бывает, а крапивного семени на Руси-матушке и без того в большом избытке. — Позвольте заметить, господа, — попытался вернуть разговор в прежнее русло Норов, — что кризиса можно было избежать, если пустить на обеспечение выплат известную сумму, доставленную из Дублинского банка… — Этот вопрос мы нынче обсуждать не станем! — тут же оборвал его император, после чего товарищ министра финансов больше не возникал. Последним докладчиком на сегодня был военный министр генерал Николай Онуфриевич Сухозанет. Надо сказать, что озвученная им программа впечатляла. Упразднение военных поселений и кантонистов. Сокращение сроков службы для нижних чинов с двадцати пяти до пятнадцати лет и связанная с этим демобилизация старослужащих, а также многие другие мероприятия, направленные на уменьшение расходов. Единственно, о чем он не упомянул, была реорганизация армии на новых началах. Но в какой-то мере это можно было понять. Времени с его назначения прошло не так много, чтобы можно было требовать коренных преобразований. И все же… — Господа, а вам не кажется, что все мы ни слова не сказали о главном? — спросил я под конец совещания. — Это о чем же? — хитро прищурился недавно назначенный министром внутренних дел Ланской. — О реформах, многоуважаемый Сергей Степанович. В частности, об освобождении крестьян. Нисколько не сомневаюсь, что объявление манифеста об освобождении на коронации было бы весьма положительно встречено как простонародьем, так и образованным обществом? — Полагаю, на сегодня довольно, — резко прервал нас Александр, после чего министры поспешили откланяться, оставив нас наедине с братом. Некоторое время он молчал, видно не зная, с чего начать. — Костя, ты слишком торопишь события, — решился наконец он. — Если помнишь, мы поклялись отцу! — Да, конечно же, я помню, просто… — Что? — Видишь ли, брат, управлять государством гораздо сложнее, чем армией или морским министерством. Надобно учитывать мнения разных сторон, а их интересы не просто не совпадают, но иной раз прямо противоположны. — Поверь мне, в армии все примерно так же. Но командующему в любом случае надо видеть конечную цель и делать все, чтобы ее достичь. Для чего отдавать распоряжения и требовать их выполнения! — Наш отец во время своего царствования именно так и делал, — устало улыбнулся Саша. — И посмотри, куда это нас завело? Хозяйство в стране в упадке, государственное управление в расстройстве. Про армию и говорить нечего. Не думай, будто я не понимаю, чем тебе обязан. Если бы не ты и божье заступничество, Франция и Англия смяли бы нас… — Ты преувеличиваешь мою роль во всем этом. — Нисколько. Ты и только ты единственная причина наших побед. Но двигаться дальше, полагаясь только на принуждение, нельзя. Сейчас мир и нам нужно не повелевать, а убеждать. Если понадобится, уговаривать, постоянно идти на компромиссы, от которых, быть может, с души воротит, но иначе никак! Ты меня понимаешь? |