Книга Приключения Иоганна Мекленбургского, страница 458 – Иван Оченков

— Ваше величество, – обратилась ко мне Анна, – простите, что спрашиваю, просто вспомнилось: а куда делся ваш приятель Мартин?

Я внимательно посмотрел на маркитантку, потом усмехнулся и, склонившись к ней с седла, прошептал:

— Марта родила мне чудесную девочку и живет сейчас у моей матушки…

Анна какое-то время потрясенно смотрела на меня, а потом, уперев руки в бока, звонко расхохоталась:

— Клянусь всеми святыми, ваше величество, вы станете легендой среди наемников! Начать службу простым рейтаром, а потом вернуть себе корону и жениться на дочери короля, само по себе – подвиг! Но спрятать подружку в эскадроне рейтар, под видом горниста, да так, чтобы об этом никто не узнал!.. Нет, такого пройдохи еще свет не видывал!

После того как были улажены все дела с наемниками, я встретился с бывшим комендантом Храповицким. Пан Якуб не сумел из-за ранения помешать сдаче крепости и лежал в постели, страдая от унижения.

— Как вы себя чувствуете, друг мой? – обратился я к нему.

— Не говорите мне так, вы мне совсем не друг, – скрипнул зубами в ответ раненый, – вы уничтожили мою честь и мою жизнь!

— Вы несправедливы, пан Якуб, и прежде всего к себе. Нет ничего постыдного в том чтобы, будучи раненым, попасть в плен. Что же касается прочего, то не стоит себя казнить. Я собираюсь устроить Речи Посполитой некоторые территориальные потери, так что можете не беспокоиться. Когда эта война закончится, никто не вспомнит о ничтожной крепостице, настолько впечатляющими будут прочие неприятности. Так что ваша честь останется с вами, а пока выздоравливайте. Вам еще понадобятся силы, чтобы жить долго и счастливо с прекрасной пани Марысей, а я, в свою очередь, приложу все силы, чтобы с ней ничего не случилось во время осады.

— Ваше королевское высочество, – горячо заговорил Храповицкий после моих последних слов, – ради всего святого, не отправляйте меня в глубь Московии, позвольте мне остаться с вами! Прикажите взять меня с собою в Смоленск.

— Даже не знаю, дружище, – задумчиво ответил я, – ваше самочувствие…

— К черту мое самочувствие! Проявите хотя бы каплю милосердия, позвольте мне быть поближе к ней!

— Хорошо-хорошо, вам не стоит волноваться, я отдам необходимые распоряжения.

Задание проводить к царскому шатру государева дядьку оказалось совсем не таким простым. Старик ни слова не понимал по-русски, но упрямо пытался что-то объяснить молодым людям, показывая на крепость. Парни совсем было растерялись, но на помощь к ним пришел командир царских драгун фон Гершов. Выслушав Фридриха, он приказал одному из своих подчиненных, немного знающему русский язык, отправляться вместе с рындами, коротко пояснив:

— Господин Фридрих говорит, что в крепости есть кое-какое имущество, принадлежащее ему и его величеству. Ступайте вместе с ним и заберите, а то, чего доброго, пропадет.

Имущество, особенно если оно царское – дело серьезное. Тут оплошки допустить никак нельзя, и молодые люди решительно двинулись за царским воспитателем и драгуном. Рейтарский обоз располагался рядом с одной из угловых башен и был окружен солдатами, охранявших свое имущество от жадных взглядов рыскающих тут и там казаков. До открытых стычек еще не доходило, но друг на друга те и другие поглядывали без малейшей приязни. Как оказалось, два фургона царского дядьки были уже вполне готовы к отправлению и даже лошади запряжены. На козлы первого сел сам Фридрих, вторым правил драгун, а Федька с Мишкой с самым решительным видом двинулись впереди. Казаки проводили полные добра повозки завистливыми взглядами, но перечить царевым слугам не решились.