Книга Приключения Иоганна Мекленбургского, страница 512 – Иван Оченков

Как я и рассчитывал, утром четырнадцатого июня мой маленький отряд торжественно вступил в Митаву. Восемьсот всадников, конечно, не бог весть какая армия, но для здешних мест величина не малая. К тому же собравшиеся отпраздновать день рождения своей герцогини бароны ничего подобного не ожидали; таким образом, все, что успели сделать потомки крестоносцев, это запереться в герцогском замке и с тревогой наблюдать за происходящим. Впрочем, пока ничего ужасного вокруг не происходило. Неизвестное войско, заняв город, не торопилось предавать его огню и мечу, а жителей подвергать грабежам и насилиям, чем вводило во все большее недоумение герцогскую чету и толпящихся вокруг них баронов.

Наконец, к воротам замка подъехали несколько кавалеристов, и над притихшим замком разнесся звук горна.

— Кто вы такие и что вам здесь нужно? – нашелся, наконец, один из охранников, когда молчание стало совсем уж неприличным.

— Русский кайзер, великий князь Московский и великий герцог Мекленбурга Иоганн Альбрехт, – начал перечислять по-немецки мои титулы посланный мною парламентер, – прибыл поздравить с днем рождения свою тетушку, светлейшую герцогиню Елизавету Магдалену, а также засвидетельствовать уважение своему любезному дяде герцогу Фридриху Кетлеру!

Если бы разверзлись и упали на землю небеса, то вряд ли бы это произвело большее впечатление на собравшихся. Однако немая сцена вскоре миновала, ворота раскрылись, и мое величество, сопровождаемое богато разодетой свитой, торжественно вступило в цитадель Кетлеров. Хотя фанфар и пушечных залпов не было, церемония получилась достаточно пышной. Блестящие мекленбургские кирасиры с одной стороны и бородатые рейтары Вельяминова – с другой, составляли яркий контраст, привлекавший к себе внимание многоцветьем красок и богатством вооружения. Идущие впереди в белых кафтанах и горлатных шапках рынды с поддатнями сверкали серебряными топориками. А следующие за моей спиной слуги с подарками разжигали воображение зрителей. Сам я, впрочем, разряжаться в пух и прах не стал, рассудив, что почти тысяча вооруженных кавалеристов сами по себе неплохое украшение. Лишь вышитая на шляпе корона и золотые знаки орденов Меча и Слона, ясно указывали на мой статус.

— Ваш неожиданный визит – большая честь для нас, – напряженно выговорил герцог Фридрих, явно не знающий, как себя вести в этой ситуации.

— Ну не мог же я пропустить день рождения тетушки, – начал я с улыбкой, но видя, что никто не улыбается в ответ, продолжил серьезнее: – Тем более что совершенно случайно оказался неподалеку. В Риге.

— В Риге?

— Да, у меня там кое-какие дела.

— Вот уж не ожидала, что вы, ваше величество, такой ревнитель родственных уз, – с некоторой долей ехидства вступила в разговор Елизавета Магдалена.

Я внимательно посмотрел на свою двоюродную тетку и еще раз улыбнулся. Сегодня ей исполнилось тридцать три года – возраст Христа. Довольно красивая еще женщина с умным и властным лицом, белизну которого оттеняет гофрированный воротник. Нарядное платье из небесно-голубого цвета тафты, обильно затканное серебряными нитями, сидело на ней как на молоденькой девушке, подчеркивая стройность фигуры. Последнее, впрочем, неудивительно, ибо их брак с Фридрихом бесплоден. Обернувшись вполоборота к слугам, киваю – и перед герцогской четой расстилаются, искря и переливаясь, чудесные меха. Над толпой придворных пролетает стон, дядюшкино лицо меняет выражение с опасливого на довольное, и только прекрасная как статуя герцогиня взирает на меня по-прежнему холодно.