Книга Приключения Иоганна Мекленбургского, страница 559 – Иван Оченков

— Ах, вот ты о чем… я полагаю потратить их на покупку разного рода товаров, необходимых моему царству. В основном, конечно, оружия.

— В Швеции делают хорошее оружие!

— Намек понял, ты можешь рассчитывать, что твои подданные получат самые большие заказы. При некоторых условиях, разумеется.

— Каких условиях?

— Мне необходимы мастера, инженеры, рудознатцы и много кто еще. Если ты отпустишь своих, то я не стану обращать внимание на то, что цены у голландцев выгоднее.

— Не лги своему другу, Иоганн, ты из тех, кто никогда не упустит своей выгоды!

— Выгода бывает разной, Густав. Голландцы вряд ли пришлют мне на помощь войска. А вот ты можешь!

— Пожалуй, в твоих словах есть резон. Ты долго еще пробудешь в Стокгольме?

— Не дави на больное место. Мне надо срочно возвращаться в Москву, пока моим боярам не показалось, что они прекрасно справляются и без меня. Боюсь, я даже не смогу отправиться в Мекленбург, как собирался.

— В Мекленбург?

— Разумеется, в Мекленбург, ведь там Катарина и мой сын. Я ведь его еще даже не видел и, похоже, не скоро увижу.

— Не торопись, возможно, это случится раньше, чем ты думаешь.

— О чем ты?

— Ладно, все равно интриган из меня так себе. Едва ты оказался в Стокгольме, я послал весть об этом Акселю.

— Канцлеру Оксеншерне?

— Ну да. Вообще-то, мы договаривались с ним об этом. Он предполагал, что ты можешь внезапно появиться в Швеции с каким-нибудь великим проектом. Правда, никто не мог и подумать, что это будет Рига, но в целом, как видишь, он не ошибся.

— Тогда мне, напротив, надо бежать, пока нет Акселя!

— Да, но держу пари, что моя сестра, узнав о твоем появлении, не усидит в Мекленбурге.

— И потащит с собой маленького ребенка?

— Ну ты же хочешь увидеть сына?

— Очень хочу, Густав, просто до смерти!

— Я полагаю, до такой крайности не дойдет, – засмеялся Густав Адольф, – особенно если ты не будешь торопиться.

— Да я бы рад…

— Отлично, распоряжение оставить Новгород уже готово. У тебя есть человек, которому ты можешь доверить проследить за его исполнением?

— Конечно, тамошний воевода князь Одоевский вполне справится.

— Хорошо, мой курьер отправляется завтра, пошлешь с ним своего человека?

— Благодарю! Кстати, вот Семку Буйносова и пошлю, пока он тебе всех дворян не порубил.

— Я вообще-то противник дуэлей, но не могу не восхититься его мастерством. Если ты не возражаешь, я его награжу. Келейно, разумеется, чтобы мои бретеры не знали.

— Нет, не возражаю. Кстати о награде: ты не мог бы наградить еще одного моего человека.

— Ну, смотря за что.

— Да, в общем, тоже за поединок.

— Хорошо, где один бретер, там и другой. Как его зовут?

— Тут такое дело, братец, зовут его Матвей Шемякин, но наградить надо его юного сына.

— Не понял.

— Как бы тебе объяснить… короче, этот самый Матвей немного забыл жениться на его матери, а на Руси это проблема. К тому же других детей у него нет.

— А ты сам что?

— Понимаешь, Густав, по русским законам этот юноша – никто. А теперь подумай, что скажут мои бояре, если я, не поцарствовав и года, начну производить в нобили вчерашних крестьян?

— Я понял. Хорошо, будет его бастарду дворянская грамота.

Распрощавшись с королем, я подошел к русским дворянам, оживленно поздравлявшим уже переодевшегося Буйносова. Мой рында счастливо улыбался и молча выслушивал бурные восторги своих товарищей.