Книга Константин. Восточный фронтир Империи, страница 57 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Думаешь, стоит ограничиться Приморьем? — усмехнулся я.

— Вовсе нет. При известной ловкости мы могли бы расширить наши владения вплоть до Сунгари и даже зайти на Корейский полуостров, но повторюсь, при нынешнем весьма малом количестве русского населения решиться на что-то большее не представляется возможным. Судите сами, Константин Николаевич. До войны здесь в Николаевском посту было всего шесть казаков. Сейчас население увеличилось почти до тысячи душ, но основная часть их, это переселенцы из покинутого нами Петропавловска. Те несколько сотен что доставлены вашей экспедицией, без сомнения, важное подспорье. Но, согласитесь, для столь обширной территории это капля в море. И если правительство не найдет возможности изменить эту ситуацию…

— Найдет, — спокойно ответил я. — Те, кого привез Лихачев это, что называется, первая ласточка. Мы планируем сделать такие рейсы регулярными.

— Я слышал от этом, — кивнул губернатор, — но, говоря по чести, не смел надеяться. К сожалению, в Петербурге не так много лиц, понимающих необходимость скорейшего заселения Сибири и Дальнего Востока, а, следовательно, и открывающиеся этим перспективы. Большинство из них видит в Сибири не более чем дармовой источник пушнины, да еще место для отбывания каторжных работ. Отчего и против развития наших территорий.

— Опасаются, что каторжники побегут не на Запад, а на Восток?

— Совершенно справедливо.

— Да уж, дураков на Руси-матушке не сеют, они сами рождаются! — покачал я головой. — Ну да ладно. Будем решать проблемы по мере их поступления. Кстати, если мне не изменяет память, ты еще зимой подал прошение на Высочайшее Имя, об учреждении Амурского казачьего войска. Ничего не слышно, принято ли какое решение?

— Так вы ничего не знаете?

— Помилуй, Николай Николаевич, откуда же? Российских газет я не получал, а иностранным наши внутренние дела вовсе не интересны. Так что?

— Насколько мне известно, все решилось наилучшим образом. Государь не только соизволил согласиться с моим планом, но и повелел переселять на Амур казаков не только из Забайкалья, но также с Дона, Урала и от других войск.

— Прекрасная новость. Хотя, конечно, пока они сюда доберутся…

— А вот и не угадали. Уж не знаю, что там в военном ведомстве приключилось, но на сей раз отреагировали весьма оперативно. Первая партия уже не просто в пути, а ожидается весьма скоро. И если не случится ничего экстраординарного прибудет сюда через две или три недели, а может быть и ранее. Казаков в ней, конечно, не так много, но по нашей бедности в людях и это как манна небесная!

— Прыткие ребята. Любопытно, кому мы обязаны столь быстрым выполнением монаршего поручения?

— Полагаю, недавно назначенному наказному атаману — генералу… как же его, необычная такая фамилия…

— Тацына, ваше превосходительство, — почтительно подсказал внимательно прислушивавшийся к нашему разговору скромный чиновник со знаками различия титулярного советника.

— Благодарю, князь, — кивнул Муравьев. — Точно Тацына! Кажется, он из числа отличившихся во время боевых действий в Крыму?

— И не только в Крыму, — усмехнулся я. — Что ж, господа, вам очень повезло. Петр Федорович — один из лучших казачьих генералов в нашей армии, и я весьма рад видеть его в числе своих подчиненных.