Книга Лабух, страница 81 – Иван Оченков

Вон, если газеты не врут, была даже выставка «Художников Московской школы» в помещении бывшего салона Михайловой. Более трёхсот работ четырёх десятков художников, это вам не кот чихнул! Имена нынешних корифеев мне, в правду сказать, ни о чём не говорили, но сам факт проведения мероприятия показывал, страна потихоньку оживает…

Увы, но спокойно полежать утомленному дорогой путнику, было не суждено! Не прошло и десяти минут, как кто-то деликатно поскрёбся в дверь, а когда ваш покорный слуга попытался это проигнорировать, постучал уже требовательно, после чего сразу же просунул в дверь голову.

— Дядя Коля, вы не спите?

— Мишка я тебя убью!

— Вот и хорошо, — протиснулся в дверь нахальный пацан, таща за собой невесть где добытую гитару.

— Ладно, — пришлось смилостивиться. — Лабай, раз уж пришел!

— Ага! — расплылся в счастливой улыбке парень и, пристроив пятую точку на табурет, взял аккорд.

— Стоп машина! Какой мерзавец настраивал тебе инструмент? Это же чёрт знает что такое! Дай сюда…

Пока натягивал струны, успел оценить приобретение моего юного падавана. Гитара оказалась очень недурственной. Я бы даже сказал, что ненамного хуже моей.

— Где украл? — поинтересовался у подпрыгивающего от нетерпения мальчишки.

— Скажете тоже, — оскорбился в лучших чувствах Мишка. — Сменял на махорку у одного малахольного.

— А табак где взял?

— Где взял, там уже нет, — беспечно отвечал парень, не усматривая ни малейшей связи связи между явно криминальным источником курева и приобретением гитары.

— Всё-таки откуда инструмент?

— Да Вовка с Извощичьей улицы, вы его не знаете, нашёл в одном чулане. Там полно всякой музыки. Только гитар уже не осталось, я и то едва успел перехватить.

— И что, вот так просто на махорку меняет?

— Так он же дурачок!

— Понятно. А ещё осталось что-то интересное?

— Ну, так, — задумался начинающий музыкант. — Трубы всякие, но на них не поиграешь. Духу не хватает. Потом, здоровая такая скрипка. Выше меня ростом.

— Виолончель?

— Наверное.

— Это всё?

— Ещё гармошка какая-то чудная была. С клавишами, как на пианино!

— Аккордеон! — едва не подпрыгнул я.

— Ага.

— Значит так. Мне просто необходимо встретиться с этим, как его?..

— Вовкой?

— Вот-вот.

— Лимон!

— Не понял!

— Ну, за посредничество!

— Ах ты, паразит! — схватил несостоявшегося маклера за ухо и принялся выкручивать.

— Дядя Коля, вы что шуток совсем не понимаете?!

— Когда пойдем?

— Да хоть сейчас…. но лучше завтра утром. У него махра всё одно закончится. Что сам не выкурит — раздаст другим! Ну, и будет сидеть с опухшими ушами!

— Смотри мне! — пригрозил сорванцу пальцем и провёл пальцами по струнам.

— Оц-тоц-перевертоц… — подхватил, потирая опухшее ухо, Мишка.

— Теперь ты, — отдал инструмент юному прохиндею и вернулся на кровать.

Ну, что тут скажешь. Умений мальчишке явно не хватает, а вот энтузиазма и харизмы в избытке. Если с ним хорошенько поработать, со временем может выйти неплохой музыкант. Если, конечно, раньше не посадят. Впрочем, в нынешние времена угодить в тюрьму ещё надо суметь. Самый гуманный суд в мире вполне может освободить от уголовной ответственности в связи с рабоче-крестьянским происхождением, а представители народной милиции шлёпнуть прямо на месте преступления, не заморачиваясь такими отвлечёнными понятиями, как законность. Такая вот лотерея!