Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 127 – Лин Няннян

«Возможно, – пришел к мысли Го Бохай, – Вожак правильно делал, стоя на своем и держа всех в ежовых рукавицах, ведь если его вдруг перестанут слушать, он потеряет всякий авторитет как в собственной стае, так и в глазах своего хозяина, достопочтенного главы клана У».

Стойкий и иногда жестокий Вожак был полной противоположностью мягкого и уступчивого наставника. Наверное, Го Бохаю тоже стоит чему-то поучиться у волка, например вести себя с учеником построже. Только что-то внутри подсказало – такому не бывать. Он даже попытался представить момент, когда будет вынужден накричать на У Чана, возможно, даже одарить его отрезвляющей пощечиной, но Го Бохай так и не смог придумать, какой поступок должен совершить воспитанник, чтобы он так разозлился.

Сдавшись, Го Бохай выдохнул и с улыбкой вновь обратился к Вожаку:

— Извините… но я так не смогу…

Волк словно понял, что именно сейчас пытался сказать мужчина, и недовольный его слабостью отвернулся.

Го Бохай склонился к щенкам, отдав им свои руки на растерзание, и услышал поблизости шорох крыльев прилетевшей птицы. Она села на крыше беседки, отчего огромная шапка снега свалилась на землю, и каждый, кто был в зимнем саду, занятый и не очень, направил взор на ворона.

Стряхнув с крыльев белый пушок, Сянцзян усмехнулся:

— Так вот сколько времени нужно Го Бохаю, чтобы одичать и начать разговаривать с четвероногими!

Го Бохай вздохнул, выпустив горячие клубы пара изо рта.

— И правда, с тобой не только одичаешь…

Ворон спустился к земле и, коснувшись снега, принял человеческий облик. К удивлению наставника, свора псов, что так пристально провожала взглядами демона Тьмы с верхушки здания до центра садика, не набросилась на него, как только тот сравнялся с ними, а наоборот – принялась радостно встречать. Со стороны это выглядело как воссоединение семьи, где каждый был рад возвращению блудного собрата. К Сянцзяну сбежались все, и даже Вожак повел себя с ним менее презренно: просто никак не отреагировал на его появление. Увидев в глазах отца разрешение, щенята рванули к демону, оставив тихоню одного. Как этого будущего обольстителя не интересовали глупые состязания и бесконечные игры, так же его не интересовало воссоединение с черноволосым демоном. Го Бохай взял его на руки, посадил на колени и начал гладить, проводя пальцем от носика до макушки.

Он вновь посмотрел на виляющих хвостами псов. До этого всё внимание наставника было приковано к их радостным мордочкам, сейчас переключилось на нечестивца, эмоции которого казались ненаигранными. С момента их первой встречи, когда владыка царства демонов небрежно указал на Сянцзяна рукой и объявил: «В Поднебесной объявляться будете вместе, он – твоя защита и мои глаза…» – Го Бохай знал лишь два расположения духа Сянцзяна: пассивное недовольство – это когда он закатывал глаза или медленно выдыхал, и безучастное пренебрежение – когда умывал руки ото всех дел и их последствий. Язвительных комментариев и попыток Сянцзяна быть смешным Го Бохай не понимал, как и не знал никого из всех трех миров, кто смеялся бы над его шутками. И поэтому зачастую потуги демона проявить свое остроумие не вовремя Го Бохай принимал за должное. Он настолько привык, что рот этого смутьяна извергает ненужный никому бред, что, когда демон молчал и не бросался колкостями, наставник с горы Хэншань невольно поворачивался к нему и дивился, что тот мог поддерживать тишину. А сейчас, когда каждый из псов лез к сидящему на заснеженной земле, Го Бохай узрел, как Сянцзян слегка улыбался им, и эта улыбка не источала яд и не отравляла собой все вокруг.