Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 148 – Лин Няннян

* * *

Го Бохай, недолго находясь в лапах сна, очнулся в неизвестном ему месте. Когда он раскрыл глаза, то увидел необъятное, можно сказать, нескончаемое пространство. Проглядывалась только линия горизонта, четко разделяющая землю и небо и бесконечно тянущаяся вширь. Над головой как-то слишком уж ярко светило солнце, энергия ян заполняла все пространство.

Го Бохай поднялся на ноги и ощутил, как его тело стало на несколько десятков лет моложе. Немного осмотревшись, он понял: это все еще сон, возможно, какая-то его часть, лишь остатки. Го Бохай перевел взор на необъятные врата, которые непоколебимо стояли в пустом пространстве и отбрасывали тень. Больше ничего вокруг не было, только врата и большая круглая печать на них. Вдруг она издала щелчок, словно массивный кусок льда треснул от резких перепад температур. И в то же мгновение на печати появились ломаные линии. Трещины разрастались. Чем больше и глубже они становились, тем ощутимее от печати исходила темная энергия.

Го Бохаю не понадобились долгие размышления, чтобы понять: так в чертогах его разума выглядит та самая печать Забвения, которую на него наложил Сянцзян.

Сама печать не прятала воспоминания или лица людей из прошлого, она лишь помогала человеку справиться с непережитыми эмоциями. За ней можно было скрыть только то, что сердце человека не могло более вынести. Сянцзяну, когда он согласился выполнить просьбу Го Бохая, не было известно, от чего тот бежал. Го Бохай мог обратиться к любому хорошему заклинателю Поднебесной, но, побоявшись раскрыть свое прошлое и происхождение, он доверил это дело единственному, кто про него хоть что-то знал.

Суть печати была простой и состояла в том, чтобы человек, на которого ее наложили, перестал страдать. Сила ее охлаждает пыл, сдерживает чувства и эмоции, отделяя непережитую тревогу хозяина горюющего сердца. И такое «бегство» было подобно отлыниваю от жизненно важных дел: если с чем-то не разобраться вовремя, последствия могут быть ужасны. Со временем печать становится для «беглеца» большим валуном, который катится на него на всей скорости, а тот, не желая быть раздавленным собственными переживаниями, бежит вперед и вскоре выдыхается. Рано или поздно громада настигает его, и человек жалеет, что сам не выбросил тот маленький камешек, из которого вырос валун. Благодаря стараниям Лун Мэйфэн, что подала своему последователю дурман-чай, этот самый валун уже касался пят Го Бохая.

Сянцзян предупреждал о многих последствиях. В первую очередь, когда двери откроются, Го Бохаю нужно будет в них войти, иначе он может завязнуть в чертогах своего разума. Поначалу ему будет казаться, что ничего не изменилось: он проснется и вернется к своей наставнической жизни, но когда начнет терять бдительность, тогда-то обратная сторона забвения и даст о себе знать. Он будет застревать в собственных снах, пока не прочувствует то, что чувствовать не хотел, а возможно, и того хуже – забытое начнет посещать «беглеца» во время его бодрствования. Будет испытывать все как наяву, его прошлое, нарочно спрятанное им в черный ящик, начнет обрастать деталями, а чувства станут так сильны и необузданны, что превратят его жизнь в каждодневное испытание. И даже пробуждение ото сна не станет для него спасением.