Книга Дар смерти, страница 267 – Анна Трисс

Ее раздвоенный язык мелькнул между губами, чтобы слизнуть крошечную каплю крови, пропитавшую кончик ее когтя. Абинк увидел, как она вздрогнула от наслаждения: он явно был в ее вкусе. Было бы лучше не проявлять по отношению к ней чрезмерную дерзость, даже если она была всего лишь младшим божеством. У него уже и так сложились непростые отношения с другой богиней.

– Ты такой вкусняшка, мой сахарный цыпленок. Просто вкусняшка!

По спине Жара пробежала крупная дрожь, когда он услышал это отвратительное прозвище, чуть не вызвавшее у него изжогу. За тысячу восемьсот лет жизни какими только словами его не называли – лестными или оскорбительными, – но ни разу – сахарным цыпленком.

– В следующий раз, когда буду охотиться, я обязательно попрошу благословения у всех четверых, и не…

– Слишком поздно! – тут же рявкнула Суккуб. Ее огненные волосы удлинились, потрескивая над головой и образуя завитки, из которых сыпались искры. Одна из них опустилась на плечо Абинка и продырявила его тунику, но не обожгла кожу. – Ты должен был подумать об этом, прежде чем убивать невинное существо на наших землях! Я могла бы проявить снисхождение к тебе, если бы ты потрудился произнести молитву о реинкарнации, но с законами природы на Незапамятных землях шутки плохи. Мне придется наказать тебя, чтобы восстановить равновесие. Жизнь за жизнь, Беладин!

Абинк ощутил смутное тревожное покалывание в затылке – если только это был не комар? Уже не в первый раз импульсивные потребности его человеческого тела притягивали к нему неприятности. Его желудок или член иногда перехватывали контроль над мозгом, что было главным недостатком его проклятого состояния. Ему удавалось уладить ситуацию, если оскорбленной персоной была смертная, но его драконьи дары вряд ли помогут в случае с озлобленной богиней, решившей сожрать его живьем и выпить душу.

Тем не менее терять хладнокровие, как какое-нибудь ничтожество, перед дриаденой с разносторонним характером, которой все быстро надоедает, было плохой идеей. Он никогда никого не умолял и ни перед кем не пресмыкался, не собирался этого делать и сегодня. Ему следовало отстаивать свои интересы, сохраняя непринужденную уверенность.

Поэтому он вступил в почти философскую беседу с богиней огня, чтобы выиграть время и побороться за свою жизнь.

Что-то из разряда нереального, что, в общем-то, только с ним и случалось.

– Я – хищник, Суккуб. Ты сама это сказала, когда выдавала себя за Алисию.

– Я просто смеялась над тобой! У меня тоже есть чувство юмора. И я не собираюсь спускать тебе с рук то, что ты сотворил с этим молодым лесным духом, которому не повезло встретиться на твоем пути убийцы, – прошипела она, сев на корточки перед тушей оленя, чтобы погладить его окровавленную шкуру с материнской нежностью. – Да, ты – плотоядный хищник, но ты не животное, поэтому твой поступок непростителен! Ты – хищник, наделенный разумом, как и все люди! Поэтому у тебя есть выбор: бороться со своими инстинктами убийцы или остаться их рабом. Предки эльфов и эльфидов тоже не были вегетарианцами! Эльфаны принадлежали к кочевым племенам, которые перемещались из леса в лес по континенту, чтобы охотиться со своими луками и клинками. Из-за массового истребления животных, длившегося веками, многие их виды исчезли. Как, например, легендарные фениксы, нежное мясо которых эльфаны обожали. Но, к счастью, сознание эльфов эволюционировало, и они поняли, что убийство во всех его видах – это мерзость.