Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 5 – Шань Фэн

— Этот недостойный слуга понял, – Люи учтиво поклонился будущему постоянному хозяину и развернулся, чтобы выйти во двор.

По правилам храма богов, с двенадцати лет сироты, что жили при нём в приюте, распределялись по временным хозяевам. Они подрабатывали в разных местах, пока, наконец, не закреплялись за одним, в котором оказывались наиболее полезны. Или – как в случае с Люи – доставались тому, кто «жертвовал» больше поднесений храму. По достижении воспитанником совершеннолетия хозяин становился для него постоянным, и он перебирался в новый дом. За то, что происходило с сиротами после, несли ответственность те, на кого они работали.

Распахнув двери, Люи вышел во двор. На улице уже начинало темнеть. Прохладный сумрак сгущался над деревней Лэй, кутая её в плотный туман. Впрочем, Люи мог бы найти путь к складу господина Ни даже с завязанными глазами: он знал каждый камешек не только во дворе этого поместья, но и во всей деревне. Всего-то в ней и было, что жилой район, торговый рынок, административный район, где высились дома старейшин, храм богов с пристройками да центральная площадь. Интересно, её уже украсили к завтрашней церемонии уплаты дани?

— Даже не думай сбежать, – прошипел сзади господин Ни, заметив, что работник поглядывает на стену поместья.

— Я не… – отказавшись от попыток оправдаться, Люи закусил губу, чтобы не вступать в бессмысленный спор. Никто не поверит, что он всего лишь машинально повернул голову в сторону площади, о которой подумал. – Как прикажет господин.

Торговец хмыкнул. Даже спиной Люи чувствовал, как тот следит за каждым его движением. Юноша стиснул зубы и ощутил во рту привкус крови.

Пропустив его вперёд, господин Ни прикрыл за собой дверь. Фонарь, что он нёс в руке, осветил часть склада, забитого мешками и горшками.

— Господин, что именно испортили мыши? – Люи потянулся к полке, где лежали принадлежности для шитья, которые так ему ни разу и не пригодились. Позади снова послышалось хмыканье.

— Разве этот бесполезный слуга не знает, в каком месте прикармливал их?

Опустив плечи, Люи поплёлся в дальний угол склада. Он хорошо знал, для чего господину Ни нужен «мышиный» ритуал. Если бы в Непреложные Запреты не входил пункт о насилии над детьми, он уже давно бы оказался побит, как прочие слуги.

Носа юноши коснулся запах залежавшегося зерна. Из этого тёмного и тесного угла склада редко выносили товар – наверное, потому что здешние мешки на самом деле служили стенами для укрытия господина Ни. Люи вообще сомневался, можно ли было есть их содержимое.

Дойдя до брошенной на пол охапки соломы, он остановился, наблюдая, как по ней ползла жирная гусеница, и стал мысленно считать до пяти. Когда Люи добрался до четырёх, торговец накинул на его шею платок и накрепко его завязал. Он не выносил вида божественной метки. Люи тут же почувствовал, что начинает задыхаться.

— Слишком… туго, – прошептал юноша, хватаясь за шею.

Господин Ни раздражённо цыкнул. Сделав послабление, он бесцеремонно развернул работника к себе.

Люи распахнул глаза. Сердце запрыгало часто и беспокойно. Ему хотелось спрятаться, укрыться, во что-нибудь завернуться, лишь бы оказаться подальше от этого грубого человека. Эта черта в людях всегда заставляла его замирать, пряча дыхание, а в случае с торговцем – подавно. Чувствовалось в нём что-то звериное, что вынуждало сжиматься всё существо.