Книга Покорение Огня, страница 102 – Анна Гаврилова

Дело в том, что спросить у Зябы, который, безусловно, в курсе, я не успела и теперь реально сомневалась, что лорд фон Штирлиц вернулся. И нервничала! Что, если он прокололся? Что, если его разоблачили? Что, если…

В итоге, в лекционную аудиторию я вошла одной из последних – нарочно шла медленно, надеясь увидеть в коридоре учебного крыла Эмиля. Каково же было мое удивление, когда шпион норрийский обнаружился не где-нибудь, а в нашей аудитории, за преподавательским столом. И это при том, что в данный момент за этим столом должна была сидеть профессор Милин.

Эмиль увлеченно копался в бумагах, но едва я переступила порог, поднял голову и подарил лукавый взгляд. Улыбка, озарившая мое лицо, была, мягко говоря, глупой.

Губы Эмиля тоже дрогнули, и жизнь сразу стала бесконечно прекрасной. Что, впрочем, не помешало добраться до своего места и, услышав от Кэсси лаконичное: «профессор Милин заболела, у нас замена», – сесть и приготовиться к внеплановой лекции по теории магии Огня.

Зато когда проревел звонок и лорд декан объявил тему занятия, от моей собранности мало что осталось – все-таки очень сложно учиться у человека, к которому испытываешь чувства. Любовь жутко отвлекает!

Я конспектировала по большей части бездумно. И дико радовалась тому, что когда Эмилю взбредало в голову задать аудитории какой-то вопрос, то для ответа вызывали не меня. Тот факт, что на перемену нас не отпустили, тоже, как ни смешно, порадовал. А желание лорда норрийца закончить вторую лекцию раньше, дабы компенсировать нам перемену, наоборот, вызвало досаду.

Едва занятие закончилось, я, как и все, убрала тетрадь и письменные принадлежности в сумку и отправилась на выход. И невольно вздрогнула, когда от преподавательского стола донеслось:

— Дарья Андреевна, будьте добры задержаться.

Голос фон Глуна прозвучал холодно и предельно строго. Настолько, что я поймала несколько сочувственных, а также несколько злорадных взглядов. Только меня саму этот тон не испугал, хуже того – сердце забилось чаще, и пришлось больно закусить губу, дабы не выдать свою радость.

Лишь после того, как аудитория опустела, а Ресток, выходивший последним, плотно прикрыл дверь, душу охватила тревога. Что, если Эмиль не притворяется? Вдруг он в самом деле на меня зол?

Еще миг, и стало ясно – нет, декан не злится. Улыбка, тронувшая губы Эмиля, была радостной и чуточку коварной, а когда Глун поднялся из-за стола и устремился ко мне, остатки сомнений рассыпались в пыль.

— Привет, – выдохнул норриец, приблизившись.

Его рука тут же скользнула на мою талию, а в следующую секунду я оказалась во власти требовательного глубокого поцелуя. Притихшее было сердце вновь взбесилось.

Земля уходила из-под ног, реальность рассыпалась на атомы, а я была совершенно не склонна к анализу, но в какой-то миг почудилось – от Эмиля веет усталостью. А еще я ощутила странный, незнакомый запах. От лорда шпиона пахло… каким-то болотом.

А потом случилось непредвиденное – раздался неясный звук и писклявое:

— Лорд Глун, извините, я тут тетрадь забы…

Поцелуй прервался, а мы дружно обернулись к приоткрытой двери. Эмиль по-прежнему держал меня в объятиях, и я инстинктивно попыталась отпрянуть. Вот только Глун не пустил. Более того, он притянул ближе, да с такой силой, что я чуть не взвизгнула.