Книга Счастье вдруг, или История маленького дракона, страница 100 – Анна Гаврилова

Мамочка! Это ж драхи! Драхи!!!

А драхи шарахаться не собирались. Они вскочили и вытаращились, причём все пятеро. И пока одна часть моего разума билась в панике, другая холодно отметила – вожди. Да-да, вожди, потому что в племенах драхов только вождям дозволено наносить рисунки на лицо, а у этих лица разукрашены практически полностью.

Ещё одежда совсем другая – такую в цивилизованном обществе не носят. Безрукавки из грубо выделанной кожи, кожаные же штаны. Обувь тоже другая – с мягкими подошвами, без каблуков. Это чтобы ездовому животному, то есть дракону, беспокойства не доставлять. Хотя какое там беспокойство при такой-то шкуре?

— Это Астра, – сообщил герцог Кернский.

И так как я по-прежнему стояла каменным изваянием и даже не думала освобождать проход, легонько ткнул кончиком сапога в попу.

Ничего обидного. Дантос в последние дни частенько так делал. Так что среагировала как всегда – просто прошла вперёд. Правда, тут же опомнилась и замерла снова.

Лица драхов дружно вытянулись, челюсти отпали. Ладно, вру – один остался в некоем подобии вменяемого состояния. Он же и сказал:

— Быть не может.

Адекватная часть моего сознания отметила – именно этот горец переводчиком тут работает, а вот вторая…

«Дантос, давай уйдём!» – воскликнула я.

Да-да, здесь и сейчас это прозвучало как всё то же проклятое «ву», и меня никто не понял. Пришлось зажмуриться и сказать уже самой себе: спокойно, Астра. Спокойно! Единственное, что могут сделать эти дикари, – рассказать светлости и остальным, что карликовых драконов не существует. Но ведь Дантос и так в подозрениях после встречи с Верноном. А раз так – опасности нет.

Я вдохнула, выдохнула и вдохнула снова. И чего, спрашивается, разволновалась?

— Да, я тоже не поверил, когда впервые увидел, – признался блондин. В голосе герцога звучала улыбка. – Но…

Вот после этих слов меня подхватили на руки и понесли, чтобы через мгновенье водрузить на стол, аккурат перед гостями.

Я всё-таки не удержалась и сделала шажок назад, чтобы к Дантосу поближе. Умом понимала – бояться нечего, но рядом с блондином всё равно спокойнее.

— Параэш? – выдохнул один из горцев.

«Переводчик» опомнился не сразу.

— Откуда? – вопросил он. А я лишь теперь заметила лёгкий акцент.

— Девочка несколько лет жила в цирке, две недели назад попала ко мне, – погладив по чешуйчатой голове, сообщил Дантос. – Я хотел спросить, как ухаживать. А то знаете, есть подозрения, что неправильно кормлю.

Герцог Кернский замолчал, давая «переводчику» возможность донести сказанное до своих. И вот, слушая это карканье, я снова волноваться начала. Появилось желание развернуться и попроситься на ручки, но я сдержалась.

Слова светлости вогнали вождей в ещё больший ступор, даже самый невозмутимый из них – тот самый «переводчик» – молчал. Когда тишина из затяжной превратилась в давящую, Дантос хмыкнул и продолжил:

— А ещё ошейник. Я консультировался с одним из лучших магов столицы, и, как выяснил, нашим магам подобные конструкции неизвестны. Может быть, вы что-нибудь о таких ошейниках знаете?

Тот факт, что драхи могут заявить права на дракона, Дантоса не волновал, из чего я сделала вывод, что отдавать меня блондин не намерен ни при каких обстоятельствах. Возможно, горцы тоже поняли, а может, и нет. Их самих, как вскоре выяснилось, совсем другой вопрос заботил.