Онлайн книга «Наивна и очень опасна»
|
Михаил Михайлович Пришвин * * * А ты думал — я тоже такая, Что можно забыть меня, И что брошусь, моля и рыдая, Под копыта гнедого коня. Анна Ахматова. «А ты думал, я тоже такая» * * * Целоваться на глазах у родителей мы с Колькой, конечно, не стали: предки мои воспитания старого, чуть ли не дореволюционного, такую вольность не поймут. А потому отложили поцелуи на другое время, хотя, признаться, по губам Колькиным я соскучилась. Да, впрочем, и не только по губам. Кольку пригласили в дом, мы все вместе посидели немного за столом, выпили чай с принесенным тортиком, обговорили, когда будем свадьбу играть. Получалось, что лучше всего — через пять недель, как раз и у Кольки отпуск начнется, и родители наши с ним успеют подготовиться к этому мероприятию. — Мам, никакого торжества, — предупредила я вечером, — распишемся, за столом посидим, и все. — Как скажешь, милая, — покладисто кивнула мама, а я поняла, что меня не услышали. Слишком уж сосредоточенным был вид у родительницы: явно раздумывала, как сэкономить на праздничном столе и где подешевле купить свадебное платье. Я вздохнула. Ну какой, блин, праздник? Ну вышла и вышла. За Кольку же, не за богача какого. И чем тут кичиться? Зачем родню созывать? Глупость несусветная! Такие траты! Ночью мне снилась шикарная свадьба с каким-то не особо молодым миллиардером. Я, одетая в роскошное белое платье, давала клятвы у алтаря, когда рядом вдруг появился Колька. — Изменяешь, любимая? — грозно прищурился он. Я проснулась и долго лежала, уставившись в потолок. За окном уже рассветало. Где-то недалеко, наверное, у соседки тетки Зинки, пропел петух. Да уж, вот что предсвадебная лихорадка с людьми делает. Миллиардер, блин. Голову тебе, Леночка, лечить надо. Естественно, никакого миллиардера за эти пять недель на моем горизонте не появилось. Мечтать, блин, не вредно. Тут даже завалящий бизнесмен давно и безнадежно окручен и женат, с придатком в вид одного-двух детей. Так что мечтать не вредно, и губозакатывающая машинка мне, конечно, не помешала бы. С Колькой мы виделись по воскресеньям, когда он приезжал проведывать родителей. Изредка, когда оставались одни, целовались, отчего у меня по телу всегда разливалось тепло, но чаще вместе с родичами обговаривали все нюансы подготовки к свадьбе. — И чего ты, Ленка, трясешься, — хмыкнул как-то Колька, сразу после предложения руки и сердца начавший называть меня по имени. — Не мы первые, не мы последние женимся. — Я не трясусь, — фыркнула я. — Вот кому нужны все эти двадцать-тридцать человек гостей? Зачем так много? — Не мешай нашим родителям показывать свою любовь к нам, — Колька обнял меня, прижал к себе. — И вообще, Лен, не на твои же деньги все устраивается, экономная ты моя. Я снова фыркнула, но промолчала. В Колькиных объятиях мне было хорошо и комфортно. За три дня до свадьбы приехали Дашка со Славкой. У сестры оказалось пузо, причем не очень маленькое. — Пятый месяц уже, — с блаженной улыбкой Дашка погладила живот, — толкаться начинает. Вот тебе и любительница миллионеров. Рожать-то от мужа собирается. Вон, как Славка сияет, жену на руках носит, каждый каприз ее исполняет. Ну, оно-то правильно. Дом они вроде почти достроили, там по мелочи работ осталось, плюс отделка, сантехника и мебель. И то, с первым и вторым Славкины родители помочь обещали. Так что ребенок уже в своем доме расти будет. А построились они недалеко от нас, на первых порах, чую, мама будет там дневать и ночевать — с мелким помогать. Да уж, так и разбиваются о реальность голубые мечты… |