Книга Баронесса из другого мира, страница 10 – Надежда Соколова

В общем, деньги тратились, но не зарабатывались. Хоть отказывайся от всех покупок и сиди на припасах.

«Сволочи, — крутилось в голове тоскливое, — гады. Хоть бы правила игры объяснили, когда меня сюда закинули. А то бросили без всего. И крутись, дорогая попаданка, как можешь».

Я ощущала себя участницей реалити-шоу «Выживи в другом мире и не сойди при этом с ума».

— Госпожа, — позвала Араса. В темноте, при тусклом свете лучины, я практически не видела ее лица. Только слышала голос, — забыла сказать. Пока вы стирали, приходила служанка от графов Артанасских. Они собираются завтра в гости пожаловать.

— Отлично, — угрюмо пробормотала я. — Значит, будут есть хлеб с вареньем. Если там что-то останется.

Араса тихо фыркнула, видимо, представив, как графские дети с жадностью съедают все, что только появится на обеденном столе.

Лозунгом этой глухой провинции, который был взят на вооружение практически в каждой семье, будь то крестьяне или аристократы, можно было считать поговорку: «В тесноте, да не в обиде». Люди здесь жили скученно, вне зависимости от социального положения. И никто не ворчал, не требовал себе отдельного места, не пытался выбить комнату для проживания. Считалось благом иметь как можно больше детей. С одной стороны, их потом надо было и одеть, и накормить. С другой, при благоприятных условиях, у родителей уже через семь-десять лет после родов появлялись рабочие руки, бесплатно помогавшие по хозяйству. Хорошая экономия на той же прислуге у нищих аристократов.

У тех же графов Артанасских, живших неподалеку от меня, всего лишь в получасе неспешной ходьбы, было шестеро детей. И четыре-пять человек прислуги, на все их большое поместье.

Сам глава семьи, Арчибальд Артанасский, был первым ребенком из пяти своих братьев и сестер. Потому, собственно, и получил после смерти родителей разваливавшуюся усадьбу, пару деревушек с крестьянами и небольшой клочок земли с полями, заливным лугом и прудом.

Его жена, Оргалья Артанасская, дочь местного герцога, такого же нищего, как и остальные аристократы, принесла ему неплохое по местным меркам приданное — две деревушки крестьян, речку с многочисленной рыбой и лес с кишащей в нем живностью. Вот благодаря этому семейство и выживало, кое-как сводя концы с концами. Все двадцать человек. Помимо детей, с супругами проживали еще дядюшки-тетушки с обеих сторон и престарелые родители жены.

В гости друг к другу семьи ходили редко, не чаще пары раз за полгода, плюс изредка виделись на званых вечерах у соседей побогаче, куда приглашали только взрослое поколение. И все равно такие, предписанные этикетом, появления бывали в тягость принимающей стороне. Мне, например, чтобы накормить шестерых детей и двух родителей, надо было хорошенько потратиться. Купить и муку для хлеба, причем для лишней буханки, и два литра молока вместо одного. Араса будет готовить с раннего утра, с перерывом на покупки. Причем готовить исключительно для гостей. Ничего, кроме этого, она просто не успеет сделать. И съестся все приготовленное буквально за несколько минут — и взрослые, и дети придут ко мне голодными, чтобы сэкономить на обеде в собственной усадьбе.

Я должна буду развлекать дорогих гостей разговорами. А вернее — выслушивать пространные рассуждения супружеской четы о погоде, соседях, домоводстве и прочих неинтересных мне темах. А значит, сама я наесться не успею. И все труды Арасы уйдут исключительно в желудки гостей.