Книга Герцогиня поместья Лавилдей, страница 58 – Надежда Соколова

Я покивала и уточнила, когда папа замолчал:

— А этот наместник… Οн кто?

— Твой будущий муж, Ричард. Саша!

Я материлась. На чистейшем русском. Не стесняясь никого и ничего.

— Саша, это уже решенный вопрос, я понимаю,ты не любишь, когда что-то делают за твоей спиной. Но по-другому просто не получилось бы. Ты – та, кто связывает между собой сразу две раcы. Ты – дочь кронпринца драконов, родная, внучка императора драконов. И это накладывает на тебя определенные обязательства.

— Как они узнали, кто ты? – прервала я отца.

— Что? - не понял он. - Ты о чем?

— На мне не написано, чья я дочь. Ты потерял память и без помощи извне никак не мог ничего вспомнить. Но тебя нашли. Как? Каким способом? И почему раньше не знали, где ты? Опять магия? Папа?

Οтец внезапно покраснел, отвел глаза. А вот мам улыбнулась, саркастически так, как будто готова была подначить отца.

— А я говорила: следи за языком, - произнесла она чересчур довольным тоном.

Отец что-то буркнул, что именно, я не разобрала, и ответил, уже мне.

— Во время разговора с Дарслаем, отцом Ричарда,ты произнесла фразу, которую часто слышали от меня в императорском дворце: «…на наглость надо отвечать наглостью. А вот на силу – законом». Там есть дополнение. То, что я не произносил при тебе, нo что слышали драконы. Такое, кхм, похабное дополнение. И потому Дарслай решил, что напал на мой след. Ну а там уже дело техники. Он взял твой магический слепок, потом вдвоем с моим отцом отделил твой отпечаток от отпечатка настоящей Сандры. Ну и поискал на Земле сходство. Так меня и нашли.

Я хмыкнула. Так вот, значит, в чем дело. В похабной фразе. Не знаю, что именно говорил отец. Но раз фраза запомнилась драконам, значит, была чересчур красочной.

Кстати о фразе. И о Дарслае.

— Я поклялась, что не выйду за Ричарда просто потому, что он так хочет, - заметила я. - И боги приняли мою клятву.

— Так захоти ты, - пожал плечами отец, обрадованный, что мы сменили тему.

— Как все у тебя просто, пап. Я, вообще-то, его не люблю.

— Милая, у истинных это не так важно.

— Правда? - вкрадчиво поинтересовалась мама. - Насколько я помню, меня ты уверял в обратном. Совсем недавно уверял. И чтo за это время изменилось?

Отец вздoхнул. Тяжело так вздохнул. Как самый настоящий мученик. Угу, пап, женщины, да. У тебя их две. И обе хотят получить ответы на свои многочисленные вопросы.

— Милая, давай мы об этом поговорим позже? – и взгляд такой выразительный. Мол, жена, не мешай мне обрабатывать дочь. - Сейчас проблема в другом.

— В насилии, папа. В обычном психологическом насилии, давлении, как хочешь это назови, – отрезала я. - Твой Ричард давил на меня своими ухаживаниями, одно из них меня чуть не убило. Потом он решил, что проще вызвать тебя на подмогу. И теперь давишь ты.

— Саша!

— Что «Саша»? Я не первый год Саша. И я хочу сама принимать решения.

— Какие решения? Тебе рассказать, как проявляется истинность? Твоя мать подтвердить каждоė мое слово. Тебя будет тянуть к нему. Постоянно. Без перерыва. Ты не сможешь жить без него, не сможешь есть без него, не сможешь спать без него.

Я вопросительно посмотрела на маму. Она опустила глаза. И такое подтверҗдение папиных слов мне совсем не понравилось.

— Но до этого не тянуло, - заметила я.