Книга Фея на его голову, страница 82 – Надежда Соколова

— Почему люди больше любят сказки, чем реальность?

— Да потому, что в жизни сначала принцесса, а потом жаба.

Анекдот с просторов Интернета

— Что отличает ведьму от обычной женщины?

— Умение летать на метле.

Анекдот с просторов Интернета

Вита психовала. Новое, необычное, не свойственное ей поведение, которое бесило ее еще больше, чем окружающие. Умом Вита, конечно, понимала, что это шалят гормоны, что такое поведение случается у многих беременных. Но то ум. А чувства, чувства били из нее фонтаном, будто мстя за столько длительное заточение. И разум уже не справлялся. Вите все сильней хотелось разнести все вокруг по камешку, прибить всех живых, а самой -исчезнуть, куда угодно, хоть на Землю, хоть в леса фей, или где они там живут.

Шел пятый месяц беременности. Всего лишь пятый. Из привычных девяти. Вита понятия не имела, как будет справляться со своим растущим раздражением дальше. Сейчас же она, стоя на заднем дворе, планомерно разбивала о стену, с десяти шагов, купленный специально для этих целей и привезенный Арнольдом из столицы дешевый сервиз. Битье посуды помогало, но не особо. Душа требовала чего-то грандиозного, например, всемирной катастрофы. Увы и ах, ничего подобного Вите доступно не было.

— Может, лучше пирожки?

— Разбить?

— Съесть.

— Я и так набрала десять килограмм с этой двойней.

— Сбросишь, как родишь.

— Угу. Мечтать не вредно.

Подобные разговоры с Ирмой, ходившей за Витой буквально по пятам, уже стали своеобразной традицией. Вита громил все вокруг, Ирма предлагала заедать стресс. Но Вита и так уже ела много, слишком много. Двойня в ней требовала еду чуть ли не каждый час. Нельзя же было набивать живот постоянно. И Вита справлялась с проблемой так, как умела,

— вымещала гнев и раздражение на неживых материях. Живые в это время, кроме Ирмы, видимо, не обладавшей чувством самосохранения, прятались по углам, пережидая окончание приступа.

Хуже всего было то, что Вита начала накручивать себя, ревновать собственного мужа непонятно к чему и кому. Это бесило ее больше, чем обычное раздражение. Она, похоже, влюбилась. Она, бой-баба, с гордостью рассказывавшая всем вокруг на Земле, что никогда не полюбит ни одного мужчину, теперь осознавала, что боги умеют смеяться, причем довольно жестоко. Она! Влюбилась! В Арнольда! В этого некроманта драконьего, чтоб ему всю жизнь икалось! Ему самому она о своих чувствах не говорила. Еще чего, он и так мнит о себе слишком много. А тут совсем зубцами короны начнет облака задевать. Нет, Вита молчала. И еще сильнее бесилась из-за этого.

— Вы с Эдмоном женаты четыре месяца, - с явным намеком повернулась она к Ирме.

Та хмыкнула:

— Двух беременных обитатели замка точно не выдержат.

— А то их кто-то будет спрашивать, - фыркнула Вита и вернулась к сервизу.

Оставалось разбить два молочника, три чашки и пять блюдец. Всего лишь.

Арнольд выглянул в окно из коридора: Вита расправлялась с посудой. Она утверждала, что так успокаивает себе нервы. Арнольд не спорил. Ему было проще купить десяток дешевых сервизов, сделанных умельцами гномами для среднего класса, чем ночевать на дальнем кладбище, среди упырей и зомби.

Забеременев, Вита сильно изменилась, и Арнольд не знал, радоваться этому или огорчаться. С одной стороны, в ней проснулись чувства и эмоции, и она не стеснялась демонстрировать их окружающим. С другой, Арнольд надолго запомнил десяток цыплят, летавших над замком и громко распевавших матерные песни. И это была одна из невинных шалостей. Град из жаб, обрушившийся на замок после того, как Вита из-за какой-то мелочи поругалась с Виктором, Арнольда впечатлил намного больше.