Книга Сладкая лавка маркизы Дарнуа, страница 77 – Надежда Соколова

— Вероника, возьми меня на работу! К себе в лавку!

Эм… Внезапно, ничего не скажешь. Ну и как реагировать на такую просьбу?

В моей голове появились сразу несколько вопросов: почему она так отчаялась? Что произошло? Неужели дело лишь в том, что ей нужно было больше независимости?

Я медленно поставила свою чашку на стол, зная, что мой ответ окажет весомое влияние на её дальнейшие шаги. Я понимала, что её судьба может зависеть от моего выбора, и это сознание вызывало одновременно и тревогу, и желание помочь.

— Ты – аристократка, – напомнила я, лишь бы не молчать. – Причем вошедшая в брачный возраст. Ларая, женщины в нашей империи не работают.

— Но ты же работаешь!

И снова отчаяние в голосе.

— Я веду свое дело, занимаюсь тем, что мне нравится. Ты же просишь взять тебя под мое начальство. Нас не поймут в обществе.

— Мне все равно!

Да мне, в общем-то, тоже. Но у наших матерей точно инфаркты случатся. Одновременно.

Уж не знаю, что именно не устраивало Лараю в той жизни, которую она так хотела изменить, но прямо спрашивать об этом я не рискнула. Все же это было слишком личное дело, и я не желала вторгаться в её внутренний мир, даже если там бушевали ураганы. Взгляд её глаз, полон напряжения, говорил о большом внутреннем конфликте, но я понимала, что не обязана его разгадывать.

Однако, брать в лавку аристократку, устраивать её на работу… Все наши родственники, обоих полов, живьем съедят меня за такое новшество. Поэтому, взвесив все «за» и «против», я поразмыслила и решила, что, возможно, есть и другой способ помочь Ларае.

— Я могу взять тебя младшей фрейлиной в императорский дворец. Не сейчас, конечно, когда выйду за кронпринца, – произнесла я с твердостью, решив, что это еще один шанс для неё. – Мне все равно надо будет набирать фрейлин, как положено по этикету. И когда ты окажешься во дворце, то сможешь сама распоряжаться своей жизнью. Согласна?

Ларая закивала, её лицо озарилось надеждой.

— Да! Спасибо, Вероника!

Эта её радость была удивительна и трогательна, но вместе с тем я понимала, что пока что не за что ей благодарить меня. Я лишь предложила шанс, который мог принести ей гораздо больше перемен, чем труд в лавке.

Так как других просьб и вопросов у Лараи не имелось, наше чаепитие закончилось довольно быстро. После её ухода я почувствовала огромное облегчение и уже довольно скоро сидела за писчим столом, подписывая и посылая письмо Дереку с помощью вестника.

«Доброе утро. Я смогу после свадьбы назначить фрейлиной двоюродную сестру? Похоже, она мечтает сбежать из дома».

Я старалась изложить свои мысли кратко и по существу, но в то же время не могла сдержаться от легкого беспокойства за судьбу Лараи. Если она действительно стремилась к изменению, то каково это будет – жить среди аристократов и выполнять обязанности при дворе?

Дерек ответил быстро, как если бы ждал от меня сообщение. Впрочем, может, и ждал, после нашей ночи. Только, видимо, другого характера. Но я люблю удивлять.

«Доброе утро. Сейчас буду. Все расскажешь при встрече».

Да? Ну, как скажете. Можно и при встрече. Молчать, сердце! Не надо так сумасшедше стучать!

Дерек перешагнул порог моего дома довольно быстро, и в тот момент, когда он оказался в моем пространстве, я заметила, что его уверенная осанка и безупречный костюм были характерны для него, как никогда. Он выглядел так, словно только что сошел со страниц модного журнала, и меня это удивило – либо он спит в своих шикарных костюмах, чтобы по утрам не переодеваться, либо ждал моего сообщения, любого повода, чтобы появиться здесь.