Книга Поверить в любовь, страница 1 – Надежда Соколова

Его тело никогда не принадлежало ему. Кому угодно, но не ему. Раб, Стив не имел своих желаний и выполнял все приказы свободных людей. Им пользовались, его покупали и продавали. Сегодня его снова купили.

Его мускулистое поджарое тело было выставлено напоказ перед многими людьми без единого клочка одежды. Перед тем как вывести его на помост, Стива хорошенько возбудили за занавеской, и он стоял, уперев глаза в пол, с налитыми спермой яйцами и большим толстым членом наперевес.

Ухоженные мужские руки с аккуратно подпиленными ногтями тщательно исследовали и грудь со светло-коричневыми сосками, и впалый живот, и гениталии. Затем, подчиняясь приказу, Стив повернулся задом, нагнулся, руками раздвинул свои ягодицы. Покупатель оценил ширину прохода, небрежно провел пальцами по ягодицами и только потом лениво сообщил:

— Беру. Не одевайте его.

Пока покупатель расплачивался, Стив продолжал стоять нагнувшись. Он давно отвык от чувства стыда и теперь спокойно воспринимал очередное унижение — так, словно все происходило не с ним.

— Повернись и иди за мной, — последовал приказ.

Стив повиновался и последовал за новым хозяином, все так же не смея смотреть перед собой. Только в пол, как учили. Он шел между длинных рядов покупателей и то и дело ощущал на своем заду мужские и женские руки. Новый хозяин шагал неспешно, будто позволяя всем и каждому разглядеть и пощупать «обновку».

Автоматические двери разъехались, выпуская хозяина с рабом на улицу. Еще пара минут, и вот уже Стив сидит в автомобиле, в кресле, рядом со своим новым хозяином.

— Твое имя? — все та же холеная рука опустилась на напряженный член.

— Стив, господин.

— Возраст?

— Тридцать лет, господин.

Вряд ли хозяин не знал этих данных. Возле каждого раба на помосте находилась табличка с общими сведениями: имя, возраст, сколько раз перепродается и так далее.

— Ты послушный раб? — подпиленные ногти прошлись по выпуклым венам на члене, будоража желание и вызывая нервную дрожь.

— Да, господин, — рвано выдохнул Стив, мечтая кончить, где угодно, хотя бы и здесь, в автомобиле, плавно двигавшемся в неизвестном направлении.

Тихий смешок. Затем рука исчезла с члена, и последовал новый приказ:

— Отсоси.

Алиса летела в межзвездном пространстве, на борту удобного космолета, и отчаянно материлась про себя. Пассажиры занимались своими делами и не обращали внимания на голубоглазую миниатюрную брюнетку, сидевшую рядом с ними. Недовольный вид, скорбно поджатые губы, сведенные к переносице брови — все это давало четко понять, что общаться ни с кем Алиса не собиралась. У Алисы было место в середине салона, там, где можно было откинуть спинку кресла перед сном и зашторить само кресло, защищаясь от посторонних взглядов. Почти что «люкс», больше удобств только в отдельных отсеках нескольких крупных миллионеров, летевших первым классом.

Алиса миллионершей не была. Ее семья имела скромный доход. Вернее, Алиса верила в это до последнего времени. Верила в идеальные отношения между родителями, в то, что ни мать, ни отец ничего от нее не скрывают… Да мало ли, во что она верила.

Три дня назад все изменилось. Алисе исполнилось двадцать. Совершеннолетие в Солнечной Конфедерации. Родители устроили пышный праздник: всей семье гуляли в местном торговом центре, заходили то в одно, то в другое кафе, набивая животы всем, чем угодно. Так плотно их, троих детей, экономная мать давно не кормила. И Алисе насторожиться бы, заметить напряженные взгляды, которые родители изредка бросали друг на друга. Но она была слишком счастлива тогда.