Книга Водяной, страница 87 – Владимир Стрельников

Так что висит в одной из стариц возле Балхаша девочка в капсуле перерождения, тоже в стазисе покамест. Ибо мне просто некогда за всем уследить. Хилола и Марина, правда, здорово интересуются, ибо девицам скучновато, вот и ждут еще одну сестренку.

Вообще, я здорово изменился. Если обретение Марины, а тем более Хилолы было для меня серьезнейшими событиями, перевернувшими мое нынешнее существование, то в данном случае я даже особо не психовал. Так, малость разозлился. И скорее на девочку, чем на ее родню. Ибо жизнь свою надо беречь, и прежде чем бежать от человека, рискуя ею, стоило бы его получше узнать. А то старшину даже жалко. Немолодой рубака очень серьезно принял то, что из-за него девочка погибла. Ушел в штопор, запил, мне пришлось его из пике выводить. Сейчас он женщин вообще сторонится, решил, что не стоит того. Мда-с…

В принципе, есть у меня идея одна. Мне все равно нужны «смотрящие» за реками и Аралом. Девочки со временем вполне могут набраться силы и опыта для этого. Тем более что Марине очень Арал нравится, а Хилоле — Амударья, особенно ее верховья. Поглядим, что понравится Анфисе, сможет ли она вообще русалкой стать. Не хотелось бы девочку лишать возможности просто пожить, пусть хоть так.

Поднявшись на любимый холм, я осмотрел окрестности. Полупустыня, весна. Цветет все, прямо-таки бушует. Тварей всяких разных ползает и летает. Для большинства солдат, кстати, это все очень и очень опасно. Непривычны они к тому, что паук размером и видом похожий на обычного крупного крестовика является каракуртом, смертоносной «черной вдовой». Что забавная тварюшка с задранных хвостом — скорпион. Уже трех схоронили, двух от укусов змей, одного шершни закусали. Здешние шершни совсем немного уступают знаменитым южно-восточным. Но что интересно, солдаты не ропщут. Служат и служат. И рады-радешеньки, что у Озерова служат. Рук тот сам не распускает, воровать не дозволяет, шпицрутенами насмерть не запарывает. При мне только один солдат палок получил, за пьянку, и то всего десяток. А когда его после экзекуции перевести хотели обратно в Оренбург, тот слезами обливался и просил офицера не высылать его. Похоже, жизнь в России весьма и весьма разнообразна. Коль фактически из боевого похода солдаты уходить не хотят. Сзади раздался конский топот, на холм взлетел молодой корнет, один из товарищей Лермонтова.

— Любуетесь, господин Захар-бай? — Пружинисто соскочив с коня, поинтересовался он.

— Да. Пустыня красива круглый год, но весна — это весна. — Коротко кивнул я, протягивая ему свой бинокль французского производства. — Поглядите.

— Вы правы. — Коротко, из вежливости бросив оптику к глазам, ответил корнет. — Мы с товарищами просим прощения у вас за вчерашнее поведение. И мы знаем, что вы вытащили Михаила. Спасибо вам.

— На здоровье. — Я усмехнулся и забрал протянутый бинокль. — Смотрите, корнет, здесь сейчас пусто, но лет через сто здесь будут стоять крупные города. Вон там, западнее и чуть северней, построят космодром, место, откуда люди будут запускать в безвоздушное пространство над планетой свои корабли. Хотели бы подняться на четыреста верст над Землей, корнет?

— А вы прожектер, Захар-бай. — Засмеялся парень, задирая голову и смотря в ярко-синее небо. — Но хочу. Это просто мечта моя — подняться над твердью земной. Хочу попробовать построить монгольфьер и взлететь.